Попутчики

Мы разделились, потеснились, уселись друг на друга и поехали в их дома.

Я отправилась в дом с иранскими девушками, а Дмитрий с парнями. Я с Азель поселилась в комнате, приняла душ и сразу же уснула …

Итак, мы оказались в Сигерии. Проснулись полшестого утра (здесь это нормально), пошли завтракать. Нас ждали блинчики с ананасовым джемом, яичница, какие-то азиатские лепешки, бананы и папайя. После прекрасного завтрака мы отправились в путь. Воссоединились с мужчинами и направились к скале. Оказывается, на её вершине некогда был древний город.

Признаться, я не знала, какая там была высота, но горы, большого Будду и даже кусочек плантаций было видно. Забираться было несложно, только жара и толпы туристов сбивали с пути. Кстати стоило все это добро по здешним меркам дороговато (две тысячи с половиной рублей), так я начала незапланированно транжирить деньги в первую неделю.

После этого мы довольно быстро спустились (я до сих пор не понимала ни языка, ни направления, а потому одиноко плелась сзади) и пошли в маленький музей.

После мы немного погуляли, наслаждаясь великолепными пейзажами и укорачиваясь от макак. Они были напористы и агрессивны, и, похоже, собирались лишить меня обеда (банана), но я не сдавалась. Пнув, одну макаку ногой, остальные разбежались по пальмам. Я почувствовала себя победителем, пока одна из этих назойливых тварей не уцепилась своими лапками в мой рюкзак. Она сумела открыть нижний карман и даже что-то вытащить из него! Я погналась за ней и начала нелепо кричать (при том на русском языке!): «Держите вора!».

Однако люди смотрели на эту картину и лишь умилялись. Кто-то даже успевал достать айфон и направить камеру на сие действие. В конце концов, мне пришлось признать поражение. Макака забралась высоко на пальму и самодовольно поглядывала на меня, теребя в руках бумажку. Да, это как назло оказалась ланкийская купюра в 1000 рупий. Из всего барахла в кармане она откопала именно деньги.

Макака успела обвести презрительным взглядом толпу и умыкнуть с наличкой к своим собратьям куда-то на крышу храма.

– Что случилось? – спросил меня кто-то из них.

Я чуть ли не со слезами на глазах и с невероятной печалью в голосе ответила:

– Эта макака украла мои деньги!

Кто-то начал спрашивать, когда, как это произошло, почему её никто не остановил. Но где-то сбоку послышались чьи-то всхлипывания, которые переросли в смех.