Резюме сортировщика песчинок

Кривится, но продолжает: – Мне, например, как будущему хомопластику, раз уж ты это упомянул, очень даже интересно то, что я наблюдаю весь вечер. Замедленные движения, мелкие мышечные спазмы, проблема с фокусировкой взгляда… Проблемы со сном? Давно?

Отвечать я не собираюсь. И успеваю сделать пару шагов к выходу, когда она говорит кое-что… совсем уж возмутительное.

– Я бы посоветовала… Нет, лучше вот так: если тебе на самом деле необходимо искать Стрелка в нашей компании – подстригись. Чтобы прямо голая черепушечка.

Друзья смотрят на Венц, кажется, даже с бо?льшим удивлением, чем я. Инхо открывает рот, но сразу же закрывает, так ничего и не сказав. Юна приподнимает уголки губ и задумчиво кивает. Белый, к моему удивлению, кивает тоже. А Рур прыскает:

– Огонь, Нишка! И этично, и практично. Он же никогда не согласится.

Я провожу рукой по роскошному хвосту, который ращу с восьми лет, и спрашиваю Венц:

– Но почему именно…Что, по-твоему, это будет значить?

– Немного меди.

Венц же отвечает так, как часто делаю я сам, – пожимает плечами. Возможно, у нее и есть какие-то профессиональные причины ставить мне такое условие. Но все же более правдоподобной кажется версия Рура – это сказано для того, чтобы меня взбесить. Взбесить аккуратно, дозволенным способом. Оставляя мне видимость выбора.

Я выхожу из архива без единого слова. Потому что сказать, что я о них думаю, всегда успеется.

Добравшись до своей комнаты, я сворачиваюсь клубком на кровати. Но через несколько минут вскакиваю на ноги, едва почувствовав, как гостеприимно распахиваются объятия сна. Скорее всего, очередного кошмара. Нет уж, пускай мухи и кости подождут меня еще немного.

Я начинаю вписывать шагами сложные геометрические фигуры в экономный прямоугольник комнаты.

Пытаюсь представить себя со стороны. Ничто в моей фигуре не напоминает о рельефах архаичных статуй. Что, впрочем, не мешает мне гордиться ее легкостью и поджаростью. Так же, как и чуть раскосыми светлыми глазами. Хотя встреча с я-вторым показала, что на самом деле взгляд у меня не слишком приятный. А вот хвост медных волос, спускающийся ниже лопаток… это и правда яркая черта. Делающая меня заметным еще до того, как я открою рот.