Мать-одиночка, или (не)ходите, девки, замуж!

Вы же понимаете, о чем я?

Нет, что ты, странная женщина с кудельками, разговаривающая исключительно уменьшительно-ласкательно, будто я немножко придурковатая и мне все необходимо разжевывать… конечно же я ничего не понимаю!

– Конечно, – мило улыбнулась я, решив не портить отношения с экономкой в первый же мой рабочий день. Потом можно испортить, когда освоюсь.

Но как только она вышла, я выдохнула с облегчением. Слишком уж она душная, это Валентина Степановна.

Мысли мои еще были весьма далеки от готовки, так как в голове занозой сидели воспоминания о Германе, его паскудном характере и нашей с ним нелюбви.

Ксюха закатила глаза, когда экономка вышла и кивнула мне на гору разнообразных приспособлений для приготовления пищи.

– Ну что, Манюня, есть какие-нибудь мысли?

Я беспомощно развела руками и натурально взгрустнула.

– Интернет мне в помощь…

– Ну-ну, – хмыкнула она, – Чего ты расклеилась? Что-нибудь придумаем…

– Вот этого я и боюсь…

ГЕРМАН

К Вадику Головачёву я заехал обсудить кое-какие общие дела.

Заехал-то в первый раз в жизни, и уж поверьте, никак не ожидал там увидеть свою бывшую Щербакову. Это я сейчас так спокоен, а на самом деле, когда увидел ее – первое, что захотелось сделать, это провалиться сквозь землю.

«Изыди!» – кричало все внутри и еле-еле я удержался на месте, чтобы не сбежать.

И вот что я вообще не могу понять до сих пор – так это какого черта я окликнул её?..

– Щербакова?

Ну сидел бы себе тихо, не отсвечивал.

И не состоялась бы эта встреча века, она бы меня не увидела и все на этом бы и закончилось. Кой черт меня дернул, а?

Судя по вытянувшейся физиономии Маши она тоже вряд ли ожидала меня встретить здесь и сейчас. Ну хоть узнала сразу, и то хорошо.

– Герман?

Терпеть не могу это имя. Друзья зовут коротко – Гер, подчиненные и коллеги Герман Фридрихович. Вкупе с необычным отчеством звучит респектабельно. А вот когда одно имя почему-то не люблю, еще с детства. Дворовая шпана иначе как фриц меня не называла и нужно понимать, что шла этого самого «фрица» бить.

Уроды, мать их!

Где теперь эти недоумки и где я? Встретил на днях одного соседа – Витьку Шляхова. На год меня старше был, бил, кстати, крепче всех. Витька меня может и узнал, только виду не подал. А может пропитые мозги не признали «фрица».

– Э, братишк, дай на проезд…не хватает пять рублей.

Брезгливо сбросил ему мелочь в карман и выдохнул. Жизнь всех и все по местам расставляет.