Тайное вплетение

– Приду сегодня ночью! – ободрённый этим светом, с ходу заявил он, замерев в ожидании приговора с трепетом в сердце.

– Нет!

Восторг померк во взгляде Эли. Она отвела руки, больше не позволив дотронуться до себя.

– Уходи. Собралась в кино с соседкой, – добавила с вызовом.

– Ты говоришь «уходи» так, будто просишь остаться, – потерянно улыбнулся Олег, а потом отчаянно выпалил: – Знаешь, как сказать, я ведь не совсем свободен. У меня пунктирная свобода там, на первом этаже. Даже хуже – штрихпунктирная.

Понимаешь?

Эльга грустно опустила голову. У него захолонуло сердце от ощущения причинённой боли, но он обязался сам сказать это ещё тогда. Эля понимала ситуацию, признавать не хотела. Тряхнув упрямо выбившимися из пучка прядками русых волос, взглянула исподлобья.

– Не понимаю, о чём ты. Какая-то штрихпунктирная свобода. Бред? Ну да ладно! Пошли. Мне в кино.

– Не очень—то ловко хитришь, – заметил Серёгин, потянулся, зафиксировал руку с ключами от комнаты в своей ладони, легко извлёк позвякивающую связку.

– Отдай! – потребовала Эльга.

– Придёшь – отдам!

– Ну хорошо, – легко, без сопротивления согласилась девушка. – Только запри, как надумаешь уходить. – И выскользнула наружу.

Олег не понимал ни себя, ни её. С тоской глядя на закрывающуюся за ней дверь, вертел ключики в руках. Зачем они теперь? Серёгин задерживал девушку, чтоб та не убежала, а она не хочет оставаться наедине, боится. Было бы идеально поговорить сейчас обо всём, прояснить обстоятельства, любоваться светом её глаз и целовать, целовать, целовать.

Ушла водой сквозь пальцы. Что теперь, здесь с ключами дожидаться? Можно засветиться, вновь придётся терпеть унижение. Эля променяла его на другого! Ну уж нет! Такое не повторится! Тихо выйдя из комнаты, запер номер. Планы рухнули, она их разрушила.

Безучастно бредя по коридору, наткнулся на Милку – подругу, соседку и землячку Веты, отрешённо сунул ключи в руку женщины, попросив:

– Слушай! Передай Эльге.

Она в кино пошла. Так вышло. – Не вдаваясь в подробности, направился к Вете.

Ему стало всё равно, где быть, с кем, лишь бы не в кино, где она, недоступная, сидит совсем рядом. На душе скребли кошки.

Мила успела донести Ветке о нежеланном визите, пока он заскочил к себе в номер по пути. Вета устроила разнос. Ну что мог сделать Серёгин, когда к Эле тянуло магнитом. Олег равнодушно отмалчивался в ответ на нападки, думая об Эльге.