Тьма внутри тебя

Когда не надо думать, анализировать каждое слово, а просто говорить о чем угодно. Это было очень уютное чувство. Вселяющее в сердце теплоту. Часы на его руке беззвучно завибрировали, напоминая о том, что сеанс подошел к концу. Черт возьми, так быстро?!

Дейв встал и отложил в сторону блокнот, где обычно делал пометки. Лист с именем девушки и датой визита был девственно чист. Ничего, все данные он потом внесет в личное дело по памяти. Их разговоры почему-то отлично отпечатывались в памяти.

– Не меньше тысячи.

***

Тесс подняла голову на стук и улыбнулась:

– Доброе утро.

Хилл приподнял вверх стопку синих папок, и по его красивым, четко очерченным губам скользнула усталая, но искренняя ответная улыбка:

– Доброе. Принес недостающие материалы.

– Рада, что вы нашли время зайти лично. Но в следующий раз можете оставить бумаги у Шона. Он очень надежный парень.

Роб кивнул, не говоря о том, что изначально так и планировалось, но потом ноги сами, против воли, принесли его в кабинет девушки.

– Может, выпьете кофе, раз уж…

Дверь открылась, впуская Шона с подносом в руках. Молча расставив кружки с ароматным напитком, парень удалился с абсолютно непередаваемым выражением лица. Хилл в недоумении проводил его взглядом.

– Он немного скептически настроен, – заметив его интерес, посчитала нужным пояснить Хантер. – Волнуется, что расследование повредит моей психике.

Роб посмотрел теперь уже на нее, и в груди, в который раз после их первой встречи, противно заныло: Тесс выглядела отлично, но взгляд… никогда еще он не видел такого немого отчаяния.

– Вы и правда можете отказаться. После того, как я доложил начальству о провале при допросе вашего отца, Бюро уже не столь рьяно настаивает на вашем участии в расследовании. Да, пока они не отказались от этой идеи окончательно, но… сейчас самый удачный момент уйти.

Лицо Хантер вытянулось, но голос был сдержан и спокоен:

– Знаете, в моем доме есть пожилой мужчина – швейцар. Каждое утро, день, вечер… ежедневно он вежлив со мной, дружелюбен и учтив…

Роб тут же вспомнил лицо старика, осуждающе смотрящего на него из холла.

– Он родной дядя одной из убитых моим отцом девушки. На протяжении всего расследования только его вера в мои силы давала мне стимул вставать по утрам и что-то делать.