Тьма внутри тебя

Она правда так хороша, как получается на фото в газетах?

– Ракель! – возмутился Роб, но тут же рассмеялся. – Издеваешься, что ли?

– Мне правда интересно! – надула губки брюнетка. – Она, даже когда плачет, чертовски привлекательна.

Хилл перестал улыбаться: сердце противно заныло от одной только мысли о плачущей Тесс Хантер.

– Я не за этим к ней ходил.

– Но смотреть-то никто не запрещал! – не сдавалась Ракель.

– Она… необычная.

Особенная. Хиллу не всегда удавалось называть вещи своими именами.

– Вот это я понимаю – жизнь. Убийства, трупы, шикарные женщины…

Роб ухмыльнулся, покачав головой, а девушка тем временем продолжала:

– Не то что моя скучнейшая должность младшего партнера в юридической фирме. Вчера до позднего вечера считала баланс клиента для группового иска. Такая рутина.

– Соболезную, – не сдержал сарказма Хилл и рассмеялся, когда Ракель отвесила ему легкий подзатыльник.

Встав со стула и одернув темно-синюю юбку-карандаш, девушка поинтересовалась:

– Как думаешь, получится на этой неделе поужинать с моими родителями?

Роб потер подбородок:

– Я не стану ничего обещать, детка.

– Ничего. Я все понимаю. Просто хотела, чтобы ты немного развеялся и отдохнул. Выглядишь утомленным, – Ракель нагнулась и поцеловала его, ласково погладив по лицу.

– Я такой и есть. Утомленный, – буркнул Хилл.

– Что собираешься делать?

Девушка не уточнила, но Роб отлично понял, что она имела в виду.

– Не знаю. Ты не представляешь, как паршиво было предлагать ей подобное. Она так смотрела… – Хилл с досадой поморщился. – Не знаю, что теперь делать. Тод Кларк откажется говорить, если я не приведу его дочь, а я ее не приведу. У меня просто не хватит наглости просить в третий раз. За два первых наизнанку вывернуло от отвращения к самому себе.

Ракель обняла его, поглаживая по волосам. Хилл прижимался щекой к ее животу, глядя прямо перед собой.

– Уверена, ты справишься и без этого маньяка.

– Я вчера…

– Нормальный, Роб! А не холестериновое дерьмо!

– Я люблю холестериновое дерьмо! – возмущенно проорал вслед невесте Хилл, но та лишь отмахнулась и вышла из кухни.