Всё имеет свою цену

– Дело в том, что я установил у себя дома охранную систему, причем, если верить экспертам, одну из самых продвинутых. Разные там сирены, сенсоры, видеонаблюдение, сверхнадежная система контроля доступа с выходом на пульт охранной фирмы. Мне гарантировали такой же уровень безопасности, как в банках. Дело вовсе не в том, что я больше, чем прочие, опасаюсь проникновения в мое жилище. Просто у меня есть неплохое собрание живописи, которое стоит немалые деньги, и если не представить убедительных доказательств, что картины надежно охраняются, мне не удастся их застраховать.

– Забота о сохранности своего имущества – какая же это паранойя?

– Вот и я так думаю. Однако, когда люди из охранной фирмы устанавливали все эти свои штуковины, они также сменили и замки на входной двери, и с тех пор вместо обычных ключей мне приходится пользоваться магнитной картой. Разумеется, вам такая система знакома.

Оба его слушателя подтвердили, что такая система им известна, и мужчина продолжал:

– Во время нашей первой встречи Андреас Фалькенборг попросил меня дать ему такую карту, что я и сделал, когда увиделся с ним повторно.

Конрад Симонсен удивился:

– Несмотря на то, что вы с ним были едва знакомы, ты вот так просто взял и вручил ему ключи от своего дома? – Может, я и кажусь слишком доверчивым, однако, с другой стороны, вздумай он покуситься на какие-нибудь мои вещи, он бы моментально разрушил имидж своей фирмы. Я имею в виду – тогда бы никто не стал рекомендовать его своим коллегам на том форуме, о котором я вам рассказывал.

– Он рассказывал, что именно собирается там у тебя делать?

– Да я как-то не спрашивал, хотя, по-моему, нетрудно догадаться.

– Ну да, ну да. Итак, ты, значит, дал ему магнитную карту, которой открывалась входная дверь?

– То-то и оно, дело все в том, что я и сам так думал, однако потом оказалось, что эта карта не работала.

– Да-а, ситуация. И что он при этом сказал?

– В том-то и дело, что ничего – ни слова. Но то, что карта была недействующая, это абсолютно точно: я сам проверял, когда вернулся домой.

Конрад Симонсен все еще не понимал, к чему клонит собеседник, и с недоумением посмотрел на Поуля Троульсена.