Прапорщик с острова Березка

Когда он только угомонится? Чего? В бунгало кто-то затаился? Сучка ехидная. Ждёт того, кто эту дурочку клеть начнёт. Джокер – красавчик. Сразу понял на сколько частей его эта курва порежет.

– Может Замшелого вызвать? – предложил бармен.

– Вызывай, – согласился Корнелий. – Только камень себе на шею привяжи. Дед Лёша не Замшелый, но тоже юморить умеет.

– А тебе-то какое дело до этих идиоток? – буркнул бармен.

– Уже никакого, – ответил Корнелий, поставив стакан на барную стойку. – Просто за Империю обидно стало.

Игры Патрициев

Выйдя из бара, Корнелий демонстративно прошёл мимо сидящей на пляжном лежаке Хелен Эйхе. Но Хелен на провокацию не поддалась, и осталась сидеть на лежаке, лишь сменив положение и уставившись в сторону моря.

Зайдя за пляжное бунгало, Корнелий вытащил айфон и начал обзванивать Армейских мародеров. Любовный треугольник, в который вляпался Князь Джокер Соболевский, Корнелия мало волновал. Вернее сказать за подобными телодвижениями следили сразу несколько азартных игроков, и запросто можно было ненароком перебежать дорогу сразу нескольким драконам.

В одном углу стоял полковник Романов, который был отцом Милы Пчёлкиной и дедом Алексины Пчёлкиной. А так же была вероятность того, что из-за спины полковника Романова торчали уши Императора Александра, который был ещё тем интриганом.

В другом углу стоял Император Павел, отец Алексины Пчёлкиной. Какого размера рога у полковника Алексея Пчёлкина, знала вся Империя Росс. Но Император Павел признавал всех своих детей, чтобы тупо злить своих вьетнамских жён.

И чаще всего эти левые дракончики вылетали из улья семьи Пчёлкиных. Но это была не любовь к Миле Пчёлкиной, а плевок в сторону полковника Романова, который придерживался Семейных ценностей и на дух не переносил Императора Павла.

Вернее сказать это была не ненависть, а попытка набросить поводок на ветреного дракона. Отсюда было и две дочери полковника Романова, которых он подложил в постель Императора Павла.

Но Снежинка Романова и Лахудра Собакина были не только телохранителями, но и младшими жёнами Императора Павла.

А Мила Пчёлкина была чистой воды любовницей. Причём официальной любовницей. А молчание Алексея Пчёлкина исходило из его положения в обществе. Стать официальным мужем шефа Службы Безопасности мира Неемия уже было большим достижением для бывшего вояки и талантливого пчеловода. А чтобы качать права, у Алексея Пчёлкина не было веса в обществе.