Десять секретов школы Квиксмит

 – Мы сейчас находимся в Конфуцианском дворике. А теперь нужно тебя зарегистрировать, Кип.

В центре дворика рос огромный дуб. Под ним стояла женщина, одетая в чёрный комбинезон. У неё были высокие широкие скулы, коротко подстриженные угольно-чёрные волосы и длинная чёлка. Кип ещё никогда не видел таких глаз, как у неё: тёмных, блестящих, в форме продолговатых яблочных семечек.

– Кип, это Тамара Окпик, глава нашей службы безопасности.

– Очень приятно познакомиться, мистер Брэмли, – сказала Тамара.

Кип с подозрением посмотрел на неё. «Мис-тер Брэмли» – именно так называла его Груббинг, когда мальчик в очередной раз попадал впросак, однако он вынужден был признать, что в устах Тамары Окпик официальное обращение прозвучало гораздо приятнее.

– Далее, с твоего разрешения, – продолжил профессор Мо, – нам надо снабдить тебя Шифростражем.

– Все посетители, ученики и профессора, – подхватила Тамара, – должны дать согласие хранить тайны школы Квиксмит. В прошлом бывали случаи, когда злоумышленники – настоящие негодяи – пытались украсть наши технологии, к которым остальной мир, увы, пока не готов.

Окпик вытащила из кармана флакончик (Кип подумал, что в таком обычно бывают глазные капли) и хорошенько его встряхнула. Жидкость внутри помутнела и приобрела белесоватый молочный оттенок.

– Не беспокойся, ты сможешь рассказать о дне открытых дверей и обо всех, кого здесь встретишь, – добавил профессор Мо, заметив, что Кип колеблется.

– Шифростраж имеет дополнительную функцию, – произнесла Тамара. – Если ты не захочешь поступать в Квиксмит, Шифростраж поработает над твоими воспоминаниями и перемешает их таким образом, что вся история твоего попадания сюда станет казаться тебе просто приятным сном.

– Шифростраж сделает это и в том случае, если сегодня ты решишь сюда поступить, но позже надумаешь уйти, – вставил профессор Мо. – И если школа проголосует за твоё исключение.

– Проголосует?

– Да, – кивнул профессор. – Видишь ли, у нас не так много правил, но если ученик или наставник нарушит хотя бы одно, школа общим голосованием решает, может ли этот человек и дальше оставаться в наших стенах.