Некоторые вопросы загробной жизни. Часть вторая

– Не то чтобы интересуемся, – осторожно произнесла Серафима, тревожно поглядывая на подругу. – Смотрим в свободное время, когда работы по хозяйству нет.

– То есть смотрели, – поправила Серафиму Надя. – А вы с какой целью спрашиваете?

– Мне тоже нравится этот сериал, – начал сочинять я. – Хорошая режиссёрская работа, отличный актёрский состав, качественные спецэффекты…

– Да какие там спецэффекты? – удивилась Редькина. – Все действия происходят в квартирах и офисных учреждениях… Ну на улице немного, в кафе…

– А как же сцена в больнице с операцией по изменению пола? Так подробно всё продемонстрировали, в деталях, аж дух захватывает, – я изобразил на лице показное изумление.

– А кому операцию делали? – занервничала Надежда.

– Так вы не знаете? – скорчил я очередную заговорщицкую гримасу. – Карле, разумеется, продавщице обувного магазина. Только теперь она не Карла, а Карлос Эдуарду, возлюбленный Роберты. У них свадьба в Сан-Паулу в 250-й серии. Незадолго до смерти видел анонс заключительных серий в перерыве одного футбольного матча.

– А-а-а! – завизжала Надежда, вскакивая со стула. – Как же Леонсио, дети…

– Мать Леонсио, наверное, с ума сошла, – испуганно выдохнула Серафима. – Просто в голове не укладывается… Вот это поворот.

– Детей поделили, – продолжал выдумывать я на ходу. – Одну девочку Роберта отдала Леонсио, в память об их безумной страсти, другую – врачу Орландо (он помог Карле организовать операцию по изменению пола). Ну а мальчика оставили себе.

– Молодец Роберта. По справедливости поступила, – уверенно произнесла Редькина. – Представляешь, какие мозги! Я бы никогда до такого не додумалась.

– Теперь и у Орландо жизнь наладится, – согласилась с подругой Надежда. – Так бы шлялся по кабакам, подцепил какую-нибудь шалаву. Она бы всю жизнь ему испортила.

– Точно.

В это время из кабинета следователя Синицына вышел Лощинский.

– Виктор, вас на минуту одного нельзя оставить, сразу знакомства заводите, – усмехнулся он. – Причём, хочу заметить, исключительно с женским полом. Прямо загробный ловелас.

– Кто бы говорил, Андрей Борисович, – парировал я, поднимаясь со стула. – Ну как, посекретничали с моим коварным следователем?

– Не выдумывайте.