Древо Тьмы

 – Пугливым не стоит смотреть ей в лицо.

– Назови своё имя! – требует Тьерни.

Она больше не боится, чужие чары ей не страшны.

Моргнув, он кривит в короткой усмешке чёрные губы, не ослабляя давления на её стену бури.

– Вайгер, – наконец признаётся он. – Вайгер Маул.

– Вот что, Вайгер, – не скрывая гнева, отвечает Тьерни, – я не пуглива, запомни. А лезть ко мне в голову не надо, мои мысли – только моё дело. А попытаешься, дам сдачи. В два раза сильнее, чем ударишь ты.

Он резко отступает. Волна магии Тьерни, ничем не сдерживаемая, врывается в освободившееся пространство.

Тёмная фигура теперь стоит в окружении грозовых облаков, в которых то и дело вспыхивают молнии, освещая лицо юноши.

Пауки, скорпионы и змеи устремляются к хозяину и исчезают за воротом и обшлагами мундира, словно их и не было.

– Я не управляю чужими мыслями, – наконец произносит он с отзвуком горечи.

– А мне говорили, что ты питаешься чужими страхами.

– Нет. Я всего лишь считываю страх, – с горькой усмешкой поправляет он.

 – Это я умею лучше всего. Лучше, чем понимаю слова собеседника или истолковываю выражение лица.

В угольно-чёрных глазах мелькает бесконечная усталость.

«Он не старше меня, – мысленно охает девятнадцатилетняя Тьерни, – а кажется древним стариком».

– Что же ты узнал о моих страхах? – не сдержав любопытства, спрашивает девушка, хотя в глубине души и понимает, что это опасная игра. Гораздо опаснее, чем келпи.

Юноша мимолётно улыбается одними губами, глаза смотрят грустно и сурово.

Зрачки расширяются, вытесняя белки глаз, серебристый туман поднимается к грозовым тучам.

«Ты боишься Фогеля, – звучит у Тьерни в голове. – И правильно. Его следует бояться. Ещё ты боишься за всех, кого любишь».

Услышав этот глубокий, звучный, но неслышный для окружающих голос, Тьерни безотчётно напрягает все мышцы.

«Ты боишься, что никто никогда не увидит тебя такой, какая ты есть, – шелестит бархатный голос. – Боишься остаться одна, не найти свой дом, свою страну, свою стаю».

Юноша мрачнеет, приближает губы к её губам, на его лице мелькает тень сострадания.

«Ты никогда не избавишься от этих страхов, фея воды. Нельзя получить и то и другое. Ты предпочтёшь одиночество».

Тьерни отшатывается, будто от короткого удара. Её сердце пронзает горечь, магия воды бурлит от непонятной силы.

– Хватит, – тихо обрывает она его речь. Сколько уязвимых точек отыскал в ней этот юноша.