Древо Тьмы

Хитрая Чи Нам заранее приготовила эту одежду – на случай внезапного побега.

Утренний ветерок приподнимает угол одеяла и холодит ноги.

С ощущением, что добровольно глотаю ядовитое зелье, я тщательно облачаюсь в гарднерийский наряд: шёлковое нижнее бельё и чулки, кожаные сапоги с узким голенищем, широкую чёрную нижнюю юбку. Затем набрасываю узкое платье с разрезами по бокам и терплю, затаив дыхание, пока Ни Вин крепко зашнуровывает лиф.

Я принимаю из рук спутницы чёрный плащ и привычно набрасываю его на плечи.

Жезл Легенды я прячу в голенище левого сапога, а камень с руной, полученный от Чи Нам, опускаю в глубокий карман платья – гладкий оникс холодит меня сквозь шёлк платья, успокаивая, внушая надежду.

* * *

Тем же утром мы с Ни Вин останавливаемся перед Южным хребтом, вздымающим острые пики к небу высоко над нашими головами.

Ни Вин взмахивает камнем с синей руной ной над плоской, нагретой солнцем каменной стеной – здесь хребет выше, чем кафедральный собор Валгарда.

Сегодня мне не придётся подниматься наверх к горным пикам.

На каменной стене хребта появляются очертания сапфирово-голубых рун, похожих на символы на камне Ни Вин. Сначала это тонкие линии, но они быстро становятся глубже и чётче. Ни Вин прижимает камень к рунам на стене, и часть горы растворяется в тумане, открывая дорогу к недавно завоёванной Гарднерией кельтской провинции.

Перебросив через плечо походный мешок, я оборачиваюсь к Ни Вин – она обещала дать мне светящийся камень, чтобы не пропасть в непроглядной тьме туннеля, когда закроется гора.

Однако Ни Вин вовсе не спешит. Её рука лежит на рукоятке меча, а на лице застыло выражение угрюмой решимости.

Кровь отливает от моего лица, голова противно кружится под жестоким взглядом Ни Вин. Стоит ей взмахнуть мечом, и обо мне останется одно воспоминание.

– Я догадалась, что ты не раз думала, не убить ли меня, – медленно и осторожно выговариваю я.

– Если хочешь знать, я раздумываю над этим прямо сейчас, – тут же выпаливает она.

– Все, кто мне дорог, все до одного, погибнут, если победят гарднерийцы, – сдавленным от волнения голосом отвечаю я.

Её рука по-прежнему сжимает меч.

– Эллорен Гарднер, когда ты в своём уме, то ты за нас, на тебя можно положиться.