Черная Ведьма

По-хозяйски расположившись на подушках кареты, Фэллон беззастенчиво меня разглядывает.

Вопросы тоже задаёт она, каждый сопровождая ехидной ухмылкой. Моё замешательство, такое явное благодаря заливающему щёки румянцу, её очень забавляет.

– Почему вы спрашиваете о Гарете? – задаю я встречный вопрос.

– Твоя тётя говорит, ты его знаешь.

– Да, мы знакомы, – честно отвечаю я. – Мы друзья.

Весело переглянувшись с Экко и Пейдж, Фэллон снова устремляет на меня зелёные глаза:

– А ты его шевелюру хорошо разглядела?

Этим вопросом Фэллон мгновенно заставляет меня напрячься.

– У него чёрные волосы.

Фэллон расплывается в самодовольной улыбке:

– Так… с Гаретом ты не целовалась… а с кем-нибудь другим? Ты вообще когда-нибудь целовалась?

Я из последних сил удерживаю на лице нейтрально-вежливое выражение, не подавая вида, как неприятны мне эти назойливые вопросы.

– Конечно нет! Я же не обручена.

И не имею привычки бросаться на шею молодым людям, не то что некоторые.

Хитрый взгляд, которым Фэллон награждает Экко, только укрепляет мою неприязнь. Снова повернувшись ко мне, она снисходительно поучает:

– Здесь тебе не захолустье, Эллорен. У нас с парнями целуются – и ничего.

Презрительно скривив губы, Экко вдруг подаёт голос:

– Некоторые ещё помнят, что такое добродетель, – с осуждением говорит она. – Даже в Валгарде.

Пренебрежительно фыркнув, Фэллон в раздражении закатывает глаза, будто приглашая меня в свидетели, как старую знакомую.

Теперь на меня уставилась Экко. Оценивающий взгляд её по-совиному серьёзных глаз будто пронзает меня насквозь. Эта девушка одета как самые религиозные гарднерийцы. На ней длинное чёрное платье на плотной подкладке, с очень высоким воротником, на шее серебряная цепочка с кулоном – шариком Эртии, в волосах совсем нет украшений, пряди разделены ровным, как ниточка, пробором.

Заметив неприязненные взгляды, которыми обмениваются Фэллон и Экко, Пейдж подбадривает меня доброй улыбкой.

Фэллон тут же замечает счастливое выражение лица Пейдж.

– А вот Пейдж уже целовалась, – заявляет она недобро.

– Ну… ммм… – заикается Пейдж, опуская глаза на руки с тёмными узорами. – Я обручена.