Приманка для моего убийцы

Оливия, не глуша двигатель, ждала, пока он выберется из кабины. Ее пальцы вцепились в руль.

И тут Коул внезапно разглядел шрамы на внутренней стороне ее запястий. Они были вспухшими и уходили далеко под рукава. Эта женщина действительно хотела умереть.

Оливия поморщилась, поняв, что он заметил шрамы, потом отвернулась и уставилась в окно.

Коул сглотнул, неожиданно сбитый с толку. Напряжение в кабине было почти осязаемым. Он открыл дверцу, вышел и забрал из кузова свою сумку.

– А вы куда? – спросил Макдона, нагибаясь к дверце.

– Не сегодня. Я собираюсь поставить грузовик и пойти в свой коттедж.

Оливия отказывалась смотреть на него.

Он закрыл пассажирскую дверь. Оливия тронулась с места, оставив его в клубах пыли.

Коул смотрел ей вслед, и в нем росло любопытство.

Он повесил сумку на плечо и повернулся лицом к дому, чтобы рассмотреть его. Резная фигура медведя по-прежнему стояла на страже у основания лестницы. Старые качели все еще висели на крыльце, но подушки были свежими.

Странно, что жизнь играет такие шутки со взрослым мужчиной. Коул многие годы жил насыщенной жизнью, какое-то время у него была собственная семья. Только он ее потерял. Но во взрослом мужчине всегда живет мальчик. И вместе с этой мыслью пришло ощущение усталости, провала. Как будто прошедшие десятилетия его жизни ничего не значили.

Коул взбежал по ступеням крыльца и вошел в холл, вовремя увернувшись: на ряд внушительных рогов все так же вешали куртки. Голова оленя, того самого, которого его дедушка добыл в болоте Сумас, как обычно, смотрела на людей сверху, со своего места над аркой, ведущей в гостиную. Там в камине потрескивал огонь, и Коул почувствовал запах полировки, исходящий от каменных плит пола.

– Коул Макдона! Господь Всемогущий!

Он обернулся на звук голоса и своего детства.

– Миссис Каррик, – с улыбкой сказал Коул. – Вы все еще здесь. И ни капельки не изменились.

– Разумеется, я все еще здесь. И теперь я для вас Адель, молодой человек, – улыбаясь, ответила она, прижимая к груди корзину со сложенным бельем. – Нет, вы только поглядите на него.

Она подошла ближе, как будто собиралась поставить корзину на пол и обнять Коула, но сдержалась. Миссис Каррик была не из тех, кто обнимается. Никогда она такой не была.