Идеальный сын

– Мы с тобой эту тему уже поднимали на похоронах, – напоминает Йен, как если от этого повторения всё станет на свои места.

– Это я уже который раз слышу. Но ты мне лучше вот что скажи: тебе в голову не приходило подождать неделю там, да хоть день? Тебе до нас ехать каких-то двадцать минут. Что тебе вздумалось со мной такие вопросы обсуждать прямо на похоронах?

По моим щекам бегут слёзы, жгут кожу так же, как внутри меня сжигает злость.

– Я потеряла мужа, – выдавливаю из себя, задыхаясь. – Я его больше жизни любила, ты это понимаешь?

Что-то меняется в том, как Йен стоит, держит себя.

– Да, зря я. Прости меня. Нужно было не сразу там, подождать, – отвечает он тихо.

Киваю, и злость внезапно отпускает. Внутри меня снова только темнота.

– Я не пытаюсь всё тебе делать назло. Просто я правда ничего об этом долге не знаю. Финансовые вопросы на себя брал Марк. Мы подумывали как-нибудь сделать новую кухню, но деньги на это планировали накопить. Я тебе обещаю, счета проверю, а Джейкобу перезвоню.

– Занимал, Тесс. И я бы не беспокоил тебя, но очень нужно, и прямо сейчас. Я и в долг-то давать не хотел. Договаривались, что через пару месяцев он все вернёт.

– Хорошо, я посмотрю по счетам.

– Спасибо.

На мгновение повисает молчание, ни я, ни он не знаем, что сказать друг другу дальше.

«Джейми вот ничего, справляется, – хочу я поделиться. – Джейми, племянник твой, помнишь такого?» Сама не знаю, почему меня так удивляет, что Йен не спешит поинтересоваться, как дела у моего сына.

– Жаль, Тесс, – говорит Йен, – жаль то есть, что так всё получилось.

– Жаль, да, – отвечаю, ловя пальцами очередную наворачивающуюся слезинку.

– Заеду на следующей неделе, – обещает Йен, но в его тоне будто сквозит угроза. Похоже, ему тоже так показалось, потому что он добавляет: – Могу продуктов завезти.

– Как проверю счета, сообщу.

Йен кивает. Ему явно хочется сказать что-то ещё, надавить, но его смутили моя злость и мои слёзы.

– Пока, Тесс. – Йен быстро выходит из дома, не оборачиваясь. Захлопывает дверь, но она медленно открывается вновь. Жду, может, он закроет её как надо. Но Йен уже идёт к своему джипу, скрипя по гравию начищенными ботинками.

Тянусь к двери, закрыть – и только тогда вижу цветы.