Зоосити

 – Я снова чувствую внутри толчок – представьте себе инфаркт, который по ошибке спустился в кишечник.

– Так вот где ты пропада…

– Сидела в участке. Три часа меня допрашивали, но так ничего и не нарыли. Кстати, инспектор просит тебя в ближайшие дни зайти к ней и подробно рассказать, где я была сегодня утром и чем занималась.

Бенуа молчит, только рассеянно ощупывает пальцами шрамы от ожогов. На шее у него пластмассовый рубец, как у куклы Барби; рубец блестит под воротом рубашки.

– Извини, Бенуа. Понимаю, для тебя такие походы – только лишний геморрой.

 – Большим пальцем он медленно чертит круги на шее, поднимаясь к подбородку, и я теряю терпение. – В чем дело? У тебя документы не в порядке? Ты вроде говорил, что неделю назад их продлили… Ладно, не хочешь подтверждать мое алиби, попрошу какого-нибудь другого любовника!

Бенуа рассеянно улыбается. О других любовниках я вру очень убедительно. Но после того, как у меня появился Ленивец, я веду такую моногамную жизнь, что готова кинуться даже на банан, который используют в качестве учебного пособия, когда учат предохраняться от СПИДа.

– Мне сегодня позвонили, – наконец говорит Бенуа.

– Кто? – воинственно спрашиваю я, хотя уже все знаю. Я все знаю заранее.

– Перестань, Зинзи. Мне звонила жена.

У меня снова, во второй раз за день, возникает то же чувство. Сердечный приступ в кишках. В животе тянущая боль; все крутит и ноет. Ленивец в загоне поднимает голову и вопросительно верещит. Я едва заметно качаю головой.

– Замечательно, Бенуа! Ты, наверное… – Продолжить можно по-разному, но никакие слова не сумеют в полной мере описать тот коктейль, что бурлит у меня внутри, прожигая стенки желудка.

Представьте себе смесь дешевого рома и серной кислоты. Ну кто мог подумать? Кто мог догадаться, что она спустя столько времени окажется жива? Во всяком случае, не я. Потому что я не ищу пропавших людей.

– Эй! Кто-то умер? – спрашивает Д’Найс, ставя на стол несколько бутылок с пивом и жестом приказывая Эммануилу раздать их.

Одну придвигают мне.

– Не докуривай чужие бычки, – советую я. – Пальцы обожжешь!

– Бенуа сказал, что ему звонила жена? – Д’Найс хитро улыбается. Оказывается, о звонке известно всем, кроме меня! – Правда, отличная новость?

– Замечательная! – говорю я. Сердечный приступ поднялся на свое законное место и расцвел у меня в груди, как ядовитый цветок. – Изумительная! Но сейчас у меня дела. Бенуа, встретимся позже.

Я наклоняюсь поцеловать его.