Снова Ты?

Рагнар вернулся к своему виски и стал разглядывать блики от света в бокале.

– Что это значит? – спросил Сэймур, переводя взгляд с меня на Рагнара.

Рагнар взглянул на меня:

– Это значит, что Дэймон нашёл свою истинную…

Осознание

Дэймон.

– Этого не может быть! Истории об истинных всего лишь выдумки! – возмутился Сэймур.

– Не выдумки. Скорей, легенды – поправил его Рагнар, – за последние 300 лет такого не случалось ни с одним волком, но это вовсе не означает того, что встреча истинной пары в далёком прошлом не имела места быть.

– 300 лет… – словно эхо повторил Сэймур.

– Это настолько редкое явление, что каждый случай записывался. Встреча истинной – редкий дар. Если волку удастся добиться взаимности, он станет в разы сильнее любого другого оборотня. Легенда утверждает, что со своей парой оборотень способен полностью трансформироваться, – Рагнар отпил виски.

Я с трудом понимал, что говорил наставник. Все мысли были о Диане.

Тем временем Сэймур не унимался:

– Во всё это с трудом верится.

– В таком случае, его волк умрёт, а за ним умрёт и первая ипостась, – Рагнар смотрел на меня с сочувствием.

Сэймур залпом осушил свой бокал.

– Что теперь? – ошарашенно спросил он.

– Всё просто. Ему необходимо быть с ней – спокойно отозвался наставник.

– Есть проблема, – добавил Сэймур. – Она его бывшая.

Рагнар приподнял бровь:

– Вот как?

– Они разошлись до его обращения. И этот избранный судьбой придурок её обидел.

– При должном старании можно заслужить прощение. Более того, у него нет выбора, – Рагнар говорил уверенно.

– Сейчас я расскажу, что он натворил, и мы придумаем план по осаде обиженной крепости, – с этими словами Сэймур протянул свой бокал для дополнительной порции виски.

Я перестал их слушать и открыл социальные сети. Её профиль я нашёл быстро. До сегодняшнего дня и с той ночи, когда меня обратили, я не позволял себе даже посещать её соцсети. А потом жизнь круто изменилась, и я не вспоминал о Диане.

Я забыл, какая она красивая. Запрещал себе осознавать то, что ни разу ни с одной другой у меня не было такого крышесносного секса, как с ней. Я никогда не был особо чувствительным, но она распространяла вокруг себя ауру чувственности, в которую я погружался с головой.

На этой мысли меня окончательно осенило. Я хотел её. Я бы ни за что не успокоился, просто прижав её к себе. Я хотел её только для себя.