Чертова ведьма

Сколько стоит?

– Какой вес?

– Килограммов восемь.

– Тогда… – берет калькулятор, считает. – Шесть тэргов.

– А не дороговато ли для тортика?

– Есть прайс, если вас не устраивает цена, можете выбрать что-то побюджетнее. Или этот же, но меньше по весу.

– Ладно, я понял. Дерете тут три шкуры, все вы одинаковые, – и уже собираюсь сказать, что беру, как она поднимает на меня взгляд, причем такой настоящий ведьминский.

– Одинаковые? Вы, прошу прощения, о чем сейчас?

– А с тем, что дерете три шкуры, значит, согласны, – усмехаюсь.

Ишь как завелась. Прямо чувствую, как вибрирует воздух вокруг нее, и вдруг понимаю, еще чуть-чуть и мой хвост встанет трубой. А это уже лишнее.

– Простите, господин комиссар, но продавать вам я ничего не буду, – неожиданно захлопывает каталог и прячет обратно под прилавок. – Я честно зарабатываю себе на жизнь, все мои клиенты довольны и ходят ко мне годами. Цены рыночные, качество ингредиентов высокое. Но для вас, видимо, важнее не это. Уверена, вы найдете для себя подходящий торт у какого-нибудь другого мастера, не такого, как мы все.

– Слушай, – упираюсь кулаками в прилавок, – а что если я возьму и прикрою твою лавочку?

– А вы попробуйте! – Ее глаза вмиг загораются. – Для начала найдите причину, составьте протокол о нарушениях, потом соберите комиссию, а уж после бряцайте здесь своим комиссарским авторитетом.

И тут я слышу, как мой хвост падает на пол. Девица же вдруг усмехается, затем добавляет таким премерзким тоном:

– До свидания, господин черт, – и столько в этом ее «господин черт» пренебрежения.

Сама-то кто есть вообще? Жалкая полукровка.

– Никчемная грязнокровка, – нависаю над ней, – которая мнит себя ведьмой, а на деле пустышка.

– Высокомерный черт, который мнит себя благородным господином. Убирайтесь отсюда, и хвост не прищемите, – направляется к двери и распахивает ее.

Кейна (Карина)

Каков мерзавец! Выхухоль рогатая! Черт паршивый! Вот бы все это выплюнуть ему в наглую физиономию! Нацепил погоны и думает, все можно.

Но стараюсь держаться, хотя и получается с трудом. Скорей бы уже свалил отсюда. Прикрывать он меня собрался! Ага, щаз!

– Всего плохого, недоведьма! – бросает на прощанье черт и протискивается в дверь.

– И тебе того же, – шепчу чуть слышно. Все-таки напрямую оскорблять представителя закона смежного мира чревато большими проблемами. А мне они не нужны. Но он не первый, кто является сюда со своими националистичными выкидонами.