В огороде бузина

У инвалида, разогретого изрядной порцией самогона, зашевелилась плоть и зарябило в глазах, капли пота покрыли его плешивый череп, старик утирался теперь носками, которые гостья всучила ему по приходу. Плюгавый же наоборот, никак не реагировал на появление гостьи, он сидел, уставившись оловянными глазами на подтаявший холодец в эмалированной миске.

В ходе беседы с соседом выяснилось, что безмолвный участник застолья – работник деда Гриши. Трудится он на него не за деньги, а за проживание и еду и, со слов самого Григория, с большим энтузиазмом.

Паспорт у худосочного ударника рабского труда был еще советский с пропиской в одной из республик нашей некогда необъятной, да и сейчас не маленькой, Родины.

Где-то с месяц назад его, Ромика, привез из города внук инвалида для работы на большом участке, выменяв, в прямом смысле, на две бутылки вискаря у подрядчика на стройке, где сам числился прорабом.

Спал раб Рома в чуланчике, днем беспрерывно и безвозмездно вкалывал на огороде и в саду, ухаживал за скотиной, а по вечерам, в качестве культурной программы, стойко употреблял самогон с хозяином подворья.

Римма Васильевна, брезгливо оглядев захватанную пузатую рюмочку, опрокинула в себя ее содержимое. Инвалид, с проснувшейся плотью, улучшив момент, подкатился к ней поближе, пытаясь руками, с довольно развитой мускулатурой, ухватить зазевавшуюся гостью за круглую ляжку. Не потерявшая бдительность искусительница ловким движением пнула ногой транспортное средство. Отчего Григорий мгновенно удалился с вытянутыми руками к противоположной стенке, получив, таким образом возможность самостоятельно справиться с внезапным гормональным всплеском.

Сама же женщина устремила свой немного поплывший взгляд на загадочного Рому, дав понять отъехавшему инвалиду Грише, что он, в своем усеченном виде, явно проигрывает молодому обладателю полному набору нижних конечностей.

По окончанию застолья молчаливый Ромик, так и не поднявший глаза, за весь вечер, как засватанный, вышел проводить слегка захмелевшую гостью.

И тут провидение второй раз вмешалось в ход событий, женщина поскользнулась и упала в грязь, ушибив колено, слегка пораженное артрозом. Безмолвный рыцарь ловко подхватил пострадавшую и тотчас проводил ее до дома.

Дальнейшие события мы не будем описывать, дабы не смущать тонкую натуру Риммы Васильевны. Но наутро она проснулась не одна, рядом, накрывшись почти с головой, сопел ущемленный в гражданских правах обладатель советского паспорта.