Кровь и сахар

Он еще раз умоляюще посмотрел на меня, а потом они с Прудлоком быстро пошли по траве.

– От нас сбегает человек, напуганный до полусмерти, – сказала Амелия, наблюдая за удаляющимися мужчинами.

– Два человека, – поправил я. – И то, чего они боятся, связано не только с Дептфордом. Они не чувствуют себя в безопасности даже здесь.

Я решил, что после возвращения в Лондон снова найду Моисея Грэма.

– Если враг сильный и могущественный, то, наверное, он может добраться до вас где угодно, – заметила Амелия.

Это была отрезвляющая мысль.

Мы еще несколько минут постояли у могилы. Я склонил голову, вспоминая, что пели африканцы. Их слова показались мне более подходящими, чтобы отдать последние почести Тэду, чем любые благочестивые молитвы викария.

Мир отступает; он исчезает.

Перед моими глазами, моими ушами открывается небо

С ангельским звоном.

Дай, дай мне твои ветра! Я сажусь в седло! Я лечу!

О Могила! Где твоя победа?

О Смерть! Где твое жало?

* * *

Необходимо рассказать о моем расставании с Амелией Брэдстрит.

– Мне не хочется, чтобы вы возвращались в это ужасное место, – заявила она, когда мы стояли у ворот кладбища. – Это может быть опасно.

Я отвел в сторону край плаща, чтобы показать ей меч и пистолет с ударно-кремневым замком. Но это ее не слишком успокоило.

Мы стояли в тени колокольни. Амелия смотрела на череду удаляющихся карет, которые увозили скорбящих.

– Большинство из них даже не могли заставить себя заговорить со мной.

– Для женщин это дело принципа, – пояснил я.

 – А мужчины, как я предполагаю, боятся, что возникнут сплетни, если они проявят доброту.

– Вы были добры ко мне, и не похоже, чтобы вы боялись.

Я не хотел давать ей ложных надежд на то, что наше общение продолжится после того, как мы завершим наше расследование убийства Тэда. Тогда мои отношения с Каро станут еще хуже.

– Тэд был моим старейшим другом. Я едва ли мог поступить иначе.

– Да, конечно. – Она опустила глаза.

Я пожалел о своих словах, едва только произнес их.

– Простите, миссис Брэдстрит. Я не имел в виду…

– Имели. – Она смотрела на тонкое золотое обручальное кольцо на своем пальце. – Мы плохо поступили с несчастной Леонорой Брэдстрит. Я знаю. Но тем не менее, если бы жизнь можно было начать сначала, я поступила бы точно так же, не задумавшись ни на секунду. Любить так хотя бы раз в жизни… совершенно не думая о последствиях… Мне совсем не стыдно. Вы способны это понять?

– Любовь? Да, я понимаю.