Ловушка памяти

– Ты слишком много работаешь, – сказала она и открыла дверцу духовки.

Он видел ее, он слышал ее, он мог с ней говорить…

– Посмотри на себя, ты валишься с ног. – Кэтрин вытащила пирог, поставила его на стол и вдохнула яблочный запах.

Хейз не верил своим глазам.

– Хорошо получилось, – сказала Кэтрин. – Ну что ты там сидишь, проходи.

Она сняла рукавицы и фартук.

Маркус смотрел на жену не отрываясь, боясь спугнуть ее и больше не увидеть. Она подходила ближе; стук каблуков ее домашних туфель отозвался болью в израненной памяти.

– Да что с тобой? – подала ему руку. – Поднимайся.

Маркус еле встал.

– Сегодня такая метель, я думала, ты опоздаешь… – Кэтрин положила голову на его плечо и стала раскачивать и мужа, и себя в незатейливом тихом танце.

– Я опоздал, – еле вымолвил он, чувствуя ее запах, нюхая ее волосы.

– На каких-то десять минут… – Она улыбнулась. – Это не страшно. Обними меня.

Маркус обнял ее крепче.

– Не так сильно, – засмеялась Кейт. – Ладно, иди ешь, пирог остывает.

Маркус прошел к столу; по кухне разносился запах ванили и яблок.

– Все, как ты любишь. – Кэтрин улыбалась, смотря на него.

– Ты не присядешь? – спросил он.

В дверь опять постучали.

– Сейчас, только открою, – она поспешила к двери, – а ты ешь.

– Нет! – Он не мог сдвинуться с места, ноги будто приросли к полу. – Не открывай, Кэтрин! Нет!

Но она уже не слышала его. Стук раздавался сильней и сильней. Кейт потянулась к двери…

– Нет! – крикнул Маркус и открыл глаза.

* * *

Кто-то ломился в дверь с наглым назойливым стуком. Так стучать могут только…

Маркус потянулся к дверной ручке.

– Здравствуйте! – На пороге стоял молодой человек в помятой зеленой куртке. – Я из туристической компании «Семейный отдых». – Он держал в руках буклет.

Точно! Так стучать могут только торговцы и распространители всякого барахла.

– Какого черта… – приходил в себя Хейз.

– Мы приглашаем вас на увлекательную семейную экскурсию по озеру Роуз.

– Мне не нужна никакая экскурсия и катание на лодке.

Молодой человек, не выразив более никакой настойчивости, развернулся и ушел, скрывшись в нависающем над улицей тумане.

Странно, подумал Маркус, обычно они назойливее. Захлопнул дверь и выбросил буклет к газете. Затем постоял еще пару минут, прислонившись к двери; мысли его путались и шумели.