Ангел любви. Часть 3

Стася взяла платок и недоуменно покрутила его в руках, а Лаки тем временем, достала голубой платок и с теми же словами, улыбаясь, протянула Тэсс. Но в последнюю минуту встряхнула его, и из середины показался розовый уголок.

– Ой! – нарочито удивленно воскликнула девушка. – Да здесь оказывается два платка!

Женщины весело засмеялись, а Присцилла вспомнила, как двадцать пять лет назад с такими же традиционными пожеланиями ей подарила свадебный платок ее мать, чистокровная ирландка, и ласково сказала:

– Доченька, этот платочек надо спрятать в складках платья или в рукаве, его потом сшивают в шапочку для первенца.

Обычно он белый, чтобы подошел и мальчику, и девочке. А Лаки дарит тебе два на всякий случай, чтобы был и голубой для мальчика, и розовый для девочки. А потом ты распорешь шапочку и будешь хранить платочек, как семейную реликвию.

– Я вспомнила, что видела в твоей шкатулке платок, – воскликнула Тэсс. – Еще подумала, зачем он там лежит. Хотела спросить, а потом решила, что это как-то связано с папой.

– И с папой тоже, ведь он подарил мне тебя. Тот платочек был твоей первой шапочкой, – улыбнулась Присцилла, помогая дочери закрепить платки в складках платья. – Мы сейчас спрячем под оборкой оба платочка, а потом ты выберешь, каким надо будет воспользоваться.

– Или сразу обоими, – хитро предположила Лаки и повернулась к Стасе. – Тебе платочек тоже наверняка пригодится, хоть уже и не для первенца. А так как мальчик у нас уже есть, то будем ждать девочку, поэтому платочек одного цвета с платьем.

Сейчас мы его так прикрепим, что никто не заметит, и только ты будешь знать о нем.

– Жаль, что у Раяна не было такой шапочки, – еле слышно прошептала Стася.

– У Раяна есть рубашка отца, – услышала она в ответ тихие слова своей друидской сестры. – И поверь, для него это намного важнее.

Стася понимающе кивнула, вспоминая, что ее сын не обычный мальчик, а друид. Ей стало грустно от мысли, что через несколько лет она расстанется с ним, ведь Стивен сказал, что у них заведено в пять лет отдавать детей учиться в Дармунд, и родители – не друиды, общаются со своими детьми всего лишь несколько раз в году.

Она видела, что отношения мужа с родителями были не такими сердечными и доверительными, какие сложились между ними и младшими детьми. И, к сожалению, она тоже станет мамой, видящей сына только на каникулах.

Лаки сразу поняла причину сверкнувших на ее ресницах слез, и прошептала ей на ушко: – Ничего не поделаешь, такова его судьба.