Друидская любовь

– Я женюсь на любимой женщине, и пусть меня хоть весь мир осуждает. Не надо бить в барабаны, просто попытайся понять и принять. Трудно терять друзей, с которыми дружишь с пеленок, – грустно произнес Бирн.

– Не обещаю понять, но постараюсь принять, – нехотя ответил Бойер. – Давай, звони своей невесте. Пусть подходит, буду вас женить.

Но Бирн не успел выполнить его распоряжение. Ему самому позвонила Лаки и сказала, что для свадебной церемонии все готово. Их ждут в Заповедном лесу в хорошо известном ему месте.

– Галл, во имя нашей дружбы, прошу, проведи обряд на свежем воздухе, – попросил Макбрайд и быстро добавил, глядя на недовольно нахмуренные брови своего владыки. – Ну, пожалуйста, все ж на природе веселей, чем здесь. Там хоть солнышко светит.

– У тебя уже есть свое «солнышко». Ладно, пошли. Сам не пойму, почему я сегодня такой добрый.

Они доехали на автомобильчике для гольфа до границы Заповедного леса, а затем Бирн смело свернул на едва заметную тропинку, петлявшую в чаще леса, которая привела на небольшую полянку, окруженную вековыми дубами, выбранную для проведения брачного обряда.

Обещанная главой клана скучная и формальная церемония обернулась настоящей средневековой свадьбой.

На необхватном стволе огромного дуба, украшенного воздушными шарами и лентами, были закреплены старинные знамена, а в центре сиял золотом символ их клана, имевший форму треугольника, пронзенного молнией.

– Да тебе, вижу, устроили королевскую церемонию, – иронично произнес Галлард.

– Ну, ты же не позволил привезти цветы из деревни, – скромно потупился Бирн.

– Можно подумать, что я позволил вынести наши священные реликвии, а заодно и опустошить театральную студию, – парировал глава клана, окидывая внимательным взглядом людей, собравшихся на поляне. – Кто-то явно за это схлопочет.

– Ты же сегодня добрый и не будешь никого наказывать, – быстро напомнил Макбрайд, ужасно довольный, что для них с Мариокой устроено такое торжество.

Он тоже вглядывался в лица, и ему дыхание перехватило от восторга. В старинном изумрудном платье, с дубовым веночком на распущенных волосах и с букетом полевых цветов в руках, его юная невеста походила на лесную фею, оказавшую честь простым смертным, появившись перед ними. Рядом с ней стояли две девушки в таких же средневековых платьях только синего цвета – Лаки и Кэтрин Гарвуд.