Ученик воина

Второй офицер – с капитанскими нашивками на воротнике – наблюдавший эту сцену, опираясь на трость, не мог удержаться от смеха.

Майлз быстро опомнился и, насколько мог, встал по стойке «смирно».

– Добрый день, отец, – звонко произнес юноша. Он слегка задрал подбородок, – пусть кто-нибудь попробует критиковать его способ передвижения.

Адмирал лорд Эйрел Форкосиган, премьер-министр Барраяра, в прошлом – лорд-регент императора Грегора Форбарры, поправил свой парадный мундир.

– Добрый день, сынок.

 – Глаза его смеялись. – Я… э-э… рад, что твои травмы оказались не столь серьезными.

Майлз пожал плечами, втайне радуясь, что его не донимают жалостными замечаниями при посторонних.

– Как обычно.

– Ты извини, я сейчас занят. А-а, это ты. Добрый день, Элен… Итак, Куделка, что ты думаешь об этих цифрах – о стоимости кораблей адмирала Хессмана?

– По-моему, тут что-то не то. Все это было преподнесено как-то скомканно.

– Значит, ты тоже заметил…

– Вы полагаете, он что-то туда запрятал?

– Возможно.

Но что? Бюджет своей партии? Или подрядчик – его зять? Или это просто легкомысленное отношение к бюджету? Казнокрадство или всего лишь расхлябанность? Я попрошу Иллиана заняться первой из гипотез, а вам придется проработать вторую. Прижмите-ка их насчет этих цифр.

– Ох и заверещат они. Уже сегодня поднялся крик.

– Не обращай внимания. Я сам составлял подобные сметы, когда был в генштабе, и прекрасно знаю, сколько балласта туда можно засунуть.

Пока у них голос не поднимется октавы на две, дави смело – им еще не больно.

Капитан Куделка широко улыбнулся, отдал честь и вышел, коротко кивнув Майлзу и Элен.

Сын с отцом стояли, глядя друг на друга, – никому не хотелось начинать неизбежный разговор. Наконец лорд Форкосиган произнес:

– Я, наверное, опаздываю к обеду…

– Только что звали, сэр, насколько мне известно, – церемонно произнес Майлз.

– Тогда пойдем… – Лорд сделал движение, словно желая помочь сыну, но потом тактично сложил руки за спиной.

Они медленно, бок о бок, направились в столовую.

Через несколько часов Майлз, одетый, лежал на высоко взбитых подушках, вытянув ноги по всем медицинским правилам. Он с отвращением поглядывал на свои непокорные конечности. Мятежные провинции – вот они кто. Бунтовщики. Предатели-диверсанты… Надо бы встать, умыться, переодеться на ночь, но это требовало героических усилий. А он не герой.