Судьба

– Форлинкин, куда, черт побери, вы упекли моего курьера?

Форлинкин мгновенно вытянулся во фрунт, бессознательно выдавая военное прошлое. В голубых глазах отразилось сдержанное облегчение.

– Мы все объясним, милорд!

– Так, значит, Джин был здесь?

– Э-э… да, сэр.

Получается, проблемы возникли у мальчика на обратном пути. Плохо дело… Майлз беспокойно прождал до полуночи, потом попросил Ако позаботиться о зверье и взял дело в свои руки. Вернее, ноги. За часы, что потребовались на долгий путь сюда, настроение Майлза ничуть не улучшилось.

А тут еще и дождь!..

У консула даже брови просели, когда он разглядел Майлза и его одежку, ничем не напоминавшую тщательно продуманный наряд а-ля «серый кардинал», в котором Лорд-Аудитор появился здесь на прошлой неделе. Консул смутился, хотя драная, заляпанная одежонка, двухдневная щетина, некоторое амбре, витавшее вокруг милорда, и вызывающая обувь не были тому основной причиной. Острым глазом, столь ценимым на дипломатической службе, Форлинкин заметил, как Майлз пожирает глазами дымящуюся в его руке чашку, и примиряюще добавил:

– Не желаете ли пройти на кухню и присесть, милорд Аудитор? Мы как раз завтракали.

– Чай? Не откажусь!

Майлз облегченно вздохнул: он готов был вырвать кружку из рук консула. Еще как не откажусь.

Форлинкин повел его через заднюю анфиладу, расспрашивая по дороге:

– Как вы сюда добрались?

– Пешком. С полуночи прошел тридцать с лишним километров, шел окольными путями, дважды прятался – не хотелось общаться с патрульными полицейскими и объяснять, что со мной случилось.

Нечего и говорить, первоначально такое турне в мои планы не входило.

Кухонька была небольшой и уютной. Круглый обеденный стол втиснулся в эркер, за которым виднелся сад, обнесенный стеной. Оконные стекла все еще отражали ярко освещенную мебель комнаты, но влажная чернота ночи за ними потихоньку приобретала синеватый оттенок. Светловолосый парень, атташе Йоханнес, повернулся от микроволновки и чуть было не уронил только что разогретый холостяцкий завтрак быстрого приготовления.

По едва уловимому жесту своего шефа он кинулся за стулом для весьма важного, хотя и весьма взъерошенного посетителя. Майлз обессиленно опустился на стул, стараясь не позволять благодарности взять верх над недовольством, потому как лишь последнее держало его на ногах.

– Что прикажете подать, милорд? – спросил лейтенант заботливо.

– Чай. А еще душ, сухую одежду, еду, сон, комм с безопасным каналом.