Память

Гараж был крошечным, рассчитанным на одну-две машины.

Майлза протащили к лифту. Они поднялись на один этаж и оказались в коротком коридоре. Один из похитителей стащил с него сапоги и ремень со сканер-щитом. Действие парализатора заканчивалось. Ноги у Майлза были ватными, ступни покалывало, но по крайней мере он уже держался на них. Руки ему развязали, и он попытался растереть затекшие запястья. Потом изо рта извлекли кляп, и Майлз немедленно издал какой-то странный звук, больше похожий на хрип.

Еще через секунду перед ним отперли дверь и впихнули его в комнату без окон.

Послышался щелчок замка – наверное, так захлопывается капкан. Майлз едва не рухнул, но сумел удержаться на ногах, пошатываясь и тяжело дыша.

Световая панель на потолке освещала узкую комнату, в которой не было ничего, кроме двух скамеек вдоль стен. Слева находился закуток туалета – без окон, со снятой с петель дверью.

На одной из скамеек лицом к стене лежал мужчина в зеленых брюках и кремовой рубашке. На ногах у него были носки. Мужчина как-то замедленно повернулся и сел.

Одну руку он автоматически вскинул вверх, прикрывая от яркого света красные, слезящиеся глаза. Другая уперлась в скамейку, не давая ему упасть. Взлохмаченные темные волосы, четырехдневная щетина. Ворот рубашки расстегнут, и в нем белеет шея, такая беззащитная сейчас, когда ее не стискивает панцирь высокой, наглухо застегнутой стойки барраярского мундира. Помятое лицо мужчины было знакомо Майлзу.

Безупречный капитан Галени. Правда, чуточку потрепанный.

Глава 8

Галени, сощурившись, смотрел на Майлза.

– Дьявольщина, – без всякого выражения проговорил он.

– И вам того же, – прохрипел в ответ Майлз.

Галени выпрямился, сощурив заплывшие глаза:

– Или… это вправду вы?

– Не знаю. – Майлз задумался. – А которого меня вы ждете? – Он проковылял к скамье напротив и уселся, вернее, упал на нее. Ступни его немного не доставали до пола. Несколько минут оба молча разглядывали друг друга. – Бессмысленно сводить нас в одной комнате, если она не прослушивается, – наконец сказал Майлз.

Вместо ответа Галени ткнул указательным пальцем в потолок.

– О! И просматривается?

– Да.

Майлз оскалил зубы и улыбнулся потолку.

Галени продолжал рассматривать его с недоверчивой, почти болезненной гримасой.

Майлз откашлялся. Во рту был горький привкус.

– Насколько я понимаю, вы встречались с моим двойником?

– Вчера. Да, по-моему, это было вчера. – Галени взглянул на световую панель на потолке.