Память

Майлз смущенно пожал плечами:

– Я решил, что вы взяли да прикарманили мои восемнадцать миллионов марок. Но если вы действительно это сделали, почему вы не сбежали, думал я. И тут вы сбежали.

– О! – в свою очередь выдохнул Галени.

– Так все сошлось, – продолжал Майлз, – и я уверился в том, что вы растратчик, дезертир, вор и вообще комаррский сукин сын.

– И что вам помешало обвинить меня в этом официально?

– К сожалению, ничего. – Майлз откашлялся. – Простите.

Галени позеленел. Он был слишком расстроен, чтобы притворяться возмущенным.

– Простите, – повторил Майлз. – Но если мы отсюда не выберемся, ваше имя будет смешано с грязью.

– Значит, все было напрасно…

Галени облокотился о стену, запрокинул голову и закрыл глаза, словно от сильной боли.

Майлз представил себе политические последствия бесследного исчезновения Галени. Следователи наверняка сочтут его мошенником, плюс к тому замешанным в киднеппинге, и убийстве, и побеге, и Бог весть в чем еще. Можно не сомневаться, что скандал потрясет до основания систему интеграции Комарры, а может, вообще уничтожит ее.

«Некое искупление…»

Одного этого достаточно, чтобы комаррское подполье уничтожило их обоих. Но существование – Господи, только не клона! – дубль-Майлза свидетельствовало, что тень, брошенная Майлзом на Галени, была на руку комаррцам. Интересно, какова будет их благодарность.

– Так вы пошли на встречу с этим человеком, – напомнил Майлз.

– Да.

– И быстренько были похищены. А еще критиковали мое легкомыслие!

– Да. – Галени открыл глаза. – Вернее, нет. Сначала мы вместе поели.

– Вы сели с этим типом за стол? Или… Она была хорошенькая?

Тут Майлз вспомнил, какое местоимение Галени употребил, обращаясь к осветительной панели.

– Ничуть. Но он действительно попытался меня завербовать.

– И ему это удалось?

В ответ на испепеляющий взгляд Галени Майлз объяснил:

– Видите ли, наш разговор напоминает мне пьесу… для моего развлечения.

Галени поморщился, наполовину раздраженно, наполовину соглашаясь. Подделки и оригиналы, правда и ложь. Как их проверить здесь? Чем?

– Я послал его подальше. – Галени произнес это достаточно громко, чтобы панель не пропустила мимо ушей. – Мне следовало догадаться, что за время нашей беседы он сказал слишком много и меня просто опасно оставлять на свободе.