Игра форов

Тот приложил руку к пластине, и компьютер удовлетворенно загудел. Офицер отнял руку, подозрительно осмотрел блестящий липкий налет – след мази от обморожения – и украдкой вытер ее о брюки. Клерк поспешно прошелся по пластине рукавом форменного кителя и нажал кнопку интеркома.

– Рад видеть вас, ребята, – обратился Майлз к офицеру. – Жаль, вас здесь вчера не было.

Лейтенант в ответ не улыбнулся.

– Я всего лишь посыльный, сэр. И не уполномочен обсуждать с вами инцидент.

Из своего кабинета вынырнул генерал Метцов, одной рукой держа стопку пластиковых листков, а другой придерживая за локоть капитана армейской безопасности, который хмуро кивнул коллеге из Имперской службы.

Генерал улыбался прямо-таки по-приятельски:

– Доброе утро, младший лейтенант Форкосиган. – Он безо всякого страха смотрел на людей из Имперской безопасности. «Черт побери, да при виде их этот убийца должен трястись от страха!» – В нашем деле оказалась тонкость, которую я не принял в расчет. Если лорд-фор принимает участие в военном мятеже, ему автоматически предъявляется обвинение в государственной измене.

– Что? – Комок в горле заставил Майлза замолчать, но через минуту его голос снова зазвучал нормально. – Лейтенант, надо ли понимать это как арест? Неужели я арестован Имперской службой безопасности?

Лейтенант молча вытащил наручники и подошел, чтобы пристегнуть руку Майлза к руке сержанта-великана. На значке сержанта было написано «Оверман». Да уж, действительно сверхчеловек.

– Вы находитесь под арестом до окончания следствия, – четко произнес офицер.

– На какой срок?

– Срок еще не определен.

Лейтенант направился к двери, сержант и – волей-неволей Майлз – вслед за ним.

– Куда мы? – шепотом спросил он у провожатого.

– В штаб-квартиру Имперской службы безопасности.

В Форбарр-Султан!

– Мне нужно собрать вещи…

– Ваши вещи собраны.

– Вернусь ли я обратно?

– Не знаю.

К тому времени, когда скат доставил их на посадочную площадку, закат разукрасил лагерь «Вечная мерзлота» в серо-желтые тона. Суборбитальный курьерский корабль Имперской службы на обледенелом бетоне площадки выглядел, как хищная птица в голубятне. Черного цвета, обтекаемой формы и безжалостно эффектный на вид, он, казалось, был способен, тронувшись с места, сразу же преодолеть звуковой барьер. Пилот был наготове, двигатели работали.