Этан с Афона

На языке вертелась теперь лишь одна короткая фраза: «Ну, Роучи, я тебе это еще припомню!»

– Итак, господа, я предлагаю доктора Эркхарта! – Деброучес сел и с отеческой улыбкой добавил, обращаясь к Этану: – Вот теперь можешь встать и высказаться.

Молчание в автомобиле, уносившем их назад к Севарину, было долгим и тягостным. Первым, чуть взволнованно, заговорил Деброучес:

– Так ты можешь подтвердить, что справишься с этим заданием?

Этан ответил не сразу.

– Вы все подстроили, – наконец проворчал он.

 – Состряпали все заранее вместе с председателем.

– Что поделаешь? Пришлось. Мне казалось, ты слишком скромен, чтобы выдвигать свою кандидатуру.

– Скромен. Черта с два! Просто решили, что из-за угла меня легче будет пристукнуть!

– Я уверен, что ты наиболее подходящая кандидатура. А без моей подсказки – один Боже-Отче знает, кого бы выбрала комиссия. Может, этого идиота Фрэнклина из Барки. Ты хотел бы, чтобы будущее Эйтоса зависело от него?

– Нет! – поневоле согласился Этан и вдруг выпалил: – Да! Справлюсь! И чтобы духу его здесь не было!

Деброучес усмехнулся.

В рассеянном свете, исходившем от пульта управления, сверкнули его белые зубы.

– И потом, подумай о соцкредитах, которые ты на этом заработаешь! Три сына и сбережения, которые при обычном положении вещей ты скопил бы только лет через десять, – и всего лишь за год. По-моему, это должно тебя вдохновить.

Этан вдруг с необычайной ясностью представил свой стол, а на нем – голограмму, наполненную жизнью и весельем.

И, конечно, пони и солнце, и долгие каникулы под парусами… Споря с волнами и ветром, как учил его отец… И гам, шум, кутерьма в большом доме, звенящем новыми голосами… Но вслух он только мрачно заметил:

– Если у меня получится, и если я вернусь. В любом случае соцкредитов у меня и так хватает уже на полтора сына. Хотя это, конечно, ни черта не значит, пока они не раскошелятся на то, чтобы признать моего семейного партнера.

– Уж извини меня за откровенность, но именно такие люди, как твой молочный брат, заставляют государство так осторожничать с выделением дотаций, – сказал Деброучес.

 – Очаровательный молодой человек, но даже ты должен признать его абсолютную безответственность.

– Он просто еще молод, – неуверенно возразил Этан. – Ему нужно время, чтобы остепениться.

– Чепуха! Он, кажется, всего на три года моложе тебя? Никогда он не остепенится, пока будет сидеть у тебя на шее.