Цетаганда

Это может вызвать некоторое напряжение в семье, особенно в случае – а чаще всего так и случается, – если брак имеет место в зрелом возрасте, когда остальные брачные связи лорда достаточно устоялись.

– Должно быть, гем-леди пуще всего боятся, как бы кто из аут-леди не положил глаз на их мужа, – задумчиво сказал Айвен. – Они не сопротивляются? Может, они в состоянии заставить мужа отказаться от такой чести?

– Увы, от такой чести невозможно отказаться.

– М-м… – Майлз не без усилия отогнал всякие побочные мысли и вернулся к своей основной проблеме: – Эта Печать Звездных Ясель… у вас, наверное, нет ее изображений?

– Я принесла несколько голодисков, милорд, – ответила Маз.

 – Если вы не против, мы могли бы посмотреть их на вашем мониторе.

«Ух ты, уважаю деловых женщин. У вас, часом, нет младшей сестры, миледи Маз?»

Вслух же Майлз произнес лишь:

– Да, будьте добры.

Они перешли к комм-пульту, и Маз прочитала им краткую иллюстрированную лекцию по геральдике аутов.

– Вот она, милорд, – Печать Звездных Ясель.

Над дисплеем возник кубический предмет со стороной приблизительно в пятнадцать сантиметров со знакомым силуэтом птицы на одной из граней; линии рельефа были окрашены в красный цвет. Ничего похожего на таинственный жезл. Майлз облегченно вздохнул. Ужас, охвативший его при мысли о том, что они с Айвеном ненароком вляпались в историю с кражей имперских регалий, отпустил. Разумеется, жезл также имел для империи некоторую ценность, из-за чего его следовало вернуть – анонимно и без шумихи.

Но по крайней мере…

Маз тем временем высветила на дисплее новый кадр.

– А этот предмет – Большой Ключ Звездных Ясель, передаваемый вместе с Печатью.

Айвен поперхнулся вином. Майлз, надеясь, что не побледнел, облокотился на пульт и не сводил взгляда с предмета на экране, оригинал которого лежал всего в нескольких сантиметрах от его руки, в ящике.

– А этот… Ключ, что это такое, миле… Маз? – по возможности непринужденнее спросил Майлз. – Для чего он предназначен?

– Не знаю точно.

Одно время мне казалось, что он имеет какое-то отношение к генной информации аутов, но вряд ли у него теперь какое-то иное назначение, кроме церемониального: ему уже больше двухсот лет. Скорее всего Ключ лишен практического смысла.

«Надеюсь». Слава Богу, он не выкинул его. Пока что.

– Ясно.

– Майлз… – прошипел Айвен.

– Потом, – прошептал Майлз в ответ уголком рта.

Айвен порывался сказать еще что-то, беззвучно шевеля губами над головой у сидевшей Маз.