Многогранник

Специалисты, вышедшие из наших рядов, сохраняют и насыщают жизнь не только всех прокрастианцев в нашем мире, но и всех существ в нем, начиная с этих милых лавгуд, – мужчина указал на светящийся потолок, – и заканчивая лонггордами, живущими в горах.

– Как же, наверно, это прелестно: спасать миллионы жизней ежедневно – но и пугающе, – подчеркнув последнее слово и вновь поклонившись, Амос пошёл налево, к следующему столу, где сидели, в основном, мужчины, и лишь три женщины.

Они представляли собой комбинацию цветов, более ни на ком не было столь необычных костюмов и платьев с различными рисунками, квадратами, треугольниками, пентаграммами, звёздными конструкциями (порой и объёмным) и прочим, как на них.

Встали и учтиво поклонились ровно-таки двое: мужчина и женщина.

– Добрый вечер, Амос, в данный промежуток времени тебе дано видеть немногих кандидатов и докторов Лиги Просвещения. Наша миссия непроста, мы сами странны и мало адаптированы к жизни вне своих рабочих мест, но зато порой кому-то из нас открываются раннее невиданные и непонятные явления – мы это ценим и пытаемся решить, сформулировать и вывести нечто новое, чтобы мир стал лучше, – проговорил то быстрым, то спокойным тоном забавный мужчина с белой «гривой», как подумал Амос, взглянув на его волосы.

–Удивительно; но всегда ли ваши открытия несут пользу? – заметил мальчик.

–Что же скрывать, – тот мужчина широко развёл руками и глубоко вздохнул.

–Я Вас понял, благодарю, – поклонился в ответ Амос.

Он снова повернул направо, к ещё меньшему столу, за которым были дальние родственники в темно-синих матовых насыщенных нарядах. К его приходу из семейства встал один полноватый мужчина.

–Я, представитель Лиги Разрешения и Подсчётов, Нодейкин Антон Мирославович, докладываю о прибытии на званый ужин лиц, которые защищают, прославляют и облагораживают мир Абисмунди. К тому же, наши специалисты следят за внутренним стоком средств всех частей мира, – отчитался хриплым голосом он.

–Здравствуйте, дядя. Забавно, очень забавно, – с томным укором в улыбке ответил Амос, и ушёл, едва поклонившись.

Теперь он следовал к семье по левую руку, к семье в необычных костюмах: пиджаки точно состояли из наискось положенных лент красного, ядовито-зеленного и чёрного цветов, брюки и лакированные туфли, без единой складочки, чернели на их ногах. Ему навстречу уверенно встала женщина в таком же костюме, как и у всех мужчин, только более облегающем.