Одинокий голос в темноте

Почему ты должна все расхлебывать? Подставляться лишний раз?

– Можно подумать, она знала, с кем встречалась. На нем же не написано.

Дерек врезал себе по лбу, и Эми почувствовала, как сама начинает раздражаться. Вот теперь он делал вид, что общается с безумной идиоткой, не понимающей опасности ситуации, в которую попала. Но Эми прекрасно знала, на что шла. В дверь с обратной стороны постучали, и злость обоих моментально испарилась. Дерек поднялся со своего места и сразу пошел к двери, больше не пытаясь приблизиться.

– Ах да, и Саймон жив, – сказал он будто между прочим.

– Жив? Как?

– Черт его знает. Живучий, – Дерек пожал плечами, – но в гораздо более тяжелом состоянии, чем ты. Может и не очнуться. Если честно, я надеюсь на это.

– Понятно…

Дерек вышел из палаты. Кажется, он пожелал ей спокойной ночи напоследок, но Эми уже не слушала. Весть о том, что Саймон жив, вскружила голову.

– Я не убийца, – тихо прошептала она, чувствуя, как дрожат губы, – я не убила его.

***

Прошло несколько дней.

Все они были проведены в больничной палате, что удручало.

Ранее Эми всего однажды лежала в больнице – в далеком детстве, однако прекрасно запомнила то чувство безысходности и скуки, которое отражали больничные стены. Именно поэтому с каждым днем она делала все возможное, чтобы ее поскорее оттуда выписали: ела нелюбимую еду, следовала всем рекомендациям врача, упорно врала, что ей уже гораздо легче. Лишь бы только выбраться, а дома она как-нибудь восстановится и сама.

Несмотря на нелюбовь к больнице, именно она показала, насколько Эми, оказывается, ценят окружающие. Кто к ней только не приходил. Начиная от коллег и заканчивая родителями Дженн. Причем сама Дженнифер пришла в самую последнюю очередь. Как потом оказалось, ей просто было стыдно смотреть в глаза Эми. Однако все быстро разрешилось, и Эми простила всех, кто в этом нуждался. В ней не было обиды, хотя, если честно, вряд ли она забудет то полнейшее чувство отрешенности, когда ей отказали в помощи самые близкие люди.

Эми и пыталась как-то успокоить себя, но чувствовала, что какая-то наиболее доверчивая и наивная часть ее сущности отмерла. Не самое приятное ощущение, и она хотела бы как-то избавить от него, но возможно, время поможет справиться с проблемой. Или хотя бы психолог, к которому ее обещали направить сразу после выписки из больницы. Ее нервозность бросалась в глаза, к тому же врач как-то обмолвился, что Эми плакала во сне.