Одинокий голос в темноте

Дом, где она жила вместе с подругой, представлял собой типичное здание в небогатом районе – высокое, серое, современное и абсолютно неинтересное. Единственное, что Эми здесь нравилось – высокая и тяжелая входная дверь из дерева. Складывалось ощущение, что ее поставили временно, но так и оставили по какой-то причине. Эми надеялась, что съедет до того момента, когда ее поменяют на простую стальную дверь. В лифте находилось зеркало, и Эми заглянула в него, пытаясь уловить что-то новое в собственном облике.

Но Эми оставалась на вид прежней. Холодные серые глаза и плотно прижатые друг к другу губы. Эми задумчиво хмыкнула. Хотя совесть все еще мелким червем неприятно извивалась внутри головы, можно было по крайней мере дать себе небольшую передышку.

Стоило только оказаться в квартире, как жизнь резко наладилась. Книга, один вид которой напоминал о совершенном грехе, отправилась на полку к учебникам.

Заходя на кухню, меньше всего Эми ожидала увидеть за столом Клариссу. Казалось, подруга даже не заметила чужого присутствия (либо ей было абсолютно все равно). Она сидела спиной ко входу, плечи опущены вниз и наклонены слегка вперед, голова лежала на ладонях.

– Кларисса? – спросила Эми, останавливаясь в проходе и с беспокойством посматривая на свою подругу.

В тишине комнаты раздался тяжелый вздох.

– Нет, ничего не случилось, – спокойно ответила Кларисса, – просто голова болит. У меня сегодня жуткая мигрень. – Она обернулась. Все в ее лице выражало благодарность за беспокойство, а в глазах застыл отголосок боли – возможно, действительно, головной, но Эми терзали сомнения.

– Разве у тебя сейчас не должны быть курсы?

– Так и есть, скоро пойду.

– А утром…

– Утром я ходила в университет.

– Понятно, прости за допрос, – Эми неловко почесала свою руку и отвела взгляд, – просто я вижу, что в последнее время ты чем-то обеспокоена.

Кларисса встала со своего стула и подошла к Эми. В темных глазах промелькнула какая-то очень сильная эмоция, но она пропала так быстро, что не получилось ее понять. Тем не менее, Эми почувствовала себя максимально неуютно под этим взглядом.