Потеряшка. Разборки вендов

Потом такие случаи стали происходить среди представителей средней знати, и сейчас всё чаще. Альты гибнут по-разному, кто на охоте, кто в бою, причем так всё устроено, будто их гибель случайна. Как вы понимаете, венды в первых рядах в бой не идут, руководят сражением из ставки. Да и на поле боя… Тоже есть вопросы. Также кто-то, например, травится в безобидной ситуации, много стало случаев суицида (напоминаю, что использую земные слова для более ясного восприятия), что раньше было практически невозможно.

На твой обычный вопрос, Дим, кому это нужно, ответа у меня нет. Как и нет его у той группы, инициатором создания которой и был мой дед, и которая в данный момент занимается расследованием. Да и расследованием это назвать нельзя. Нет предпосылок, как нет и причины открывать следствие, в связи с отсутствием не только доказательств, а с невозможностью внятно сформулировать запрос. Так, только голые подозрения и предчувствия. Я в письме, после того как мы вернулись, написал деду о тебе, и он согласился со мной в том, что ты можешь быть нам очень полезен.

– Все те, кто погибли, они принадлежат к разным кланам/семьям/общностям, – спросил Вайки.

–Да. В том-то и дело, что никого на обвинишь в продвижении своих интересов, потому что даже качественный состав, не говоря уж про количественный, примерно одинаков для всех.

– Дван, – попросил я его, – сможешь подготовить мне справку по каждому из них, кто они, какому клану принадлежат, их характеристики? В общем максимально больший объем информации, вплоть до предпочтений в одежде и хобби?

– В этом нет необходимости, вся информация есть у моего деда, по приезду можешь сразу же ознакомиться с ней.

– Кстати, а как его зовут?

– Венд Сактат ичи Умад.

Глава 2.

Дальше про путешествие и рассказать нечего, кроме того, что я взял несколько уроков по работе с мечом у Сауха, и того, что нам пришлось отбиваться от какой-то здоровенной морской дряни, явного хищника.

Представлял он из себя, исходя из того, что я смог рассмотреть, гигантского слизня, длиной не менее пятидесяти метров, с неисчислимым количеством мелких, тонких, но чертовски длинных и гибких усиков, которыми видимо опутывал свои жертвы, впрыскивая в них отравляющее вещество, которое к тому же способствовало разложению тела изнутри.