Никогда не влюбляйся в повесу

 – Тогда ради чего вы согласились сыграть с Валиньи, а, барон? Какая еще причина могла быть у вас, хотела бы я знать?

Ответ вертелся у него на кончике языка – ему хотелось сказать, что ему нестерпима была сама мысль о том, что этот похотливый козел Эндерс заполучит столь очаровательную и столь невинную девушку, но… нет! Так не пойдет, угрюмо подумал Ротуэлл.

Он вдруг почувствовал на себе ее пытливый взгляд: девушка наблюдала за ним, как кошка за мышью.

– Почему, Ротуэлл? – настойчиво повторила она. – Теперь моя очередь требовать, чтобы вы открыли мне правду.

– Правду? – с горечью бросил он. – Хотел бы я знать, способен ли кто-то из нас распознать ее?

Она шагнула к нему, глаза ее вспыхнули.

– Почему вы рискнули сыграть с Валиньи? – потребовала она ответа. – Скажите мне. Если вас не интересуют деньги – тогда зачем вам все это?

Раздражение, уже давно копившееся в нем, наконец вырвалось наружу. Пальцы его, словно тиски, сжали руку девушки, и он рывком притянул ее к себе.

– Потому что я хочу вас, вот почему! – рявкнул он, глядя ей в глаза.

Неожиданно в ее глазах вспыхнуло удовлетворение.

– Прекрасно, – с довольным видом промурлыкала она, потом, почувствовав, что его пальцы, сжимавшие ей руку, разжались, отодвинулась. – Что ж, по крайней мере теперь я хоть знаю, чего ждать.

Ротуэлл с трудом подавил клокотавший в нем гнев. Да, он лгал – и теперь, когда его вывели на чистую воду, его внезапно охватили усталость и стыд.

– О нет, мадемуазель Маршан, уверяю вас, вы и понятия не имеете, с кем вас свела судьба. Готов поспорить на что угодно, что у вас никогда не было ничего общего с таким человеком, как я. Я помог вам разорвать условия глупой и безнравственной сделки, навязанной вам вашим отцом. Вы свободны. Теперь он уже не имеет возможности снова выставить вас на торги – вне зависимости от того, что придет ему в голову, когда он вновь проиграется в пух и прах.

Все это время мадемуазель Маршан в гордом одиночестве стояла у окна, повернувшись к нему спиной. Ротуэлл украдкой бросил на нее взгляд – и вдруг ему пришло в голову, что он еще никогда не видел человека, столь безнадежно одинокого.

Потом она медленно повернулась и снова подняла на него глаза – барон слегка поежился, почувствовав, как этот взгляд ощупывает его лицо.

– Нет, – чуть слышно проговорила она. – Нет, лорд Ротуэлл.