Никогда не лги леди

А что, если бы она не убежала с террасы вчера вечером? Что было бы, если бы она назвала ему свое имя и приняла его дерзкое предложение поехать к нему домой?

Но Ксантия тут же одернула себя. Лорд Нэш наверняка отверг бы ее, узнав, что она не замужем. Судя по всему, он уже обжигался, сталкиваясь с незамужними девицами.

Ксантия вздохнула и посмотрела в глаза своему отражению. «Забудь его, – сказала она себе. – У тебя никогда не будет отношений ни с ним, ни с кем-нибудь другим». Хотя, конечно, она могла бы возобновить свой роман с Гаретом.

К Гарету она когда-то испытывала подлинную страсть, но теперь их связывала лишь искренняя дружба. Ксантия понимала, что женщина, выйдя замуж, становилась собственностью мужа. Гарет, конечно, не стал бы смещать ее с поста управляющего компанией, но Ксантию возмущал сам факт того, что он имел законное право это сделать. Она не хотела давать ему такую власть над собой. Она любила Гарета, но не до такой степени, чтобы жертвовать своими интересами.

В столовой, за ужином, Киран и Ксантия просматривали почту. Киран поделился с сестрой новостями, которые узнал из письма, пришедшего от соседа по плантации с Барбадоса. А затем зачитал выдержки из другого письма, написанного одним из арендаторов. Тот ставил вопрос о совместном пользовании водоемом. Впрочем, все это была самая обычная корреспонденция, и особого интереса она не представляла.

– Что с тобой, Ксантия? – спросил вдруг Киран, внимательно посмотрев на нее.

Она натянуто улыбнулась:

– Просто задумалась.

Барон жестом приказал слугам налить ему еще вина, а потом распорядился, чтобы они удалились из столовой. Ксантия знала, что сейчас начнутся неприятные вопросы, но она не боялась брата. Ксантия прекрасно его понимала. Он руководствовался чувством долга, которое, правда, понимал по-своему. Титул, богатство и связанные с ними обязанности свалились на барона Ротуэлла совершенно неожиданно. Он не был готов к роли главы семьи и справлялся с ней как умел.

Безвременная кончина старшего брата повергла их в глубокую скорбь. Киран и Ксантия почувствовали, что осиротели. Они привыкли, что их всегда было трое и что они все вместе преодолевали жизненные трудности. Смерть Люка еще больше сблизила Ксантию и Кирана. И теперь она прощала брату его ворчание, а порой и неуместные выходки.

Барон какое-то время молча смотрел в бокал с вином, который держал в руке.