Любовь в наследство

Сколько их прошло – четыре, пять? Она не помнила, не считала.

Габриел Вентор. Ее судьба в его руках: во всяком случае, все так считали, но ошибались. Он не мог ни ранить ее, ни причинить ей какой-то вред, потому что она стала нечувствительна к земной боли.

– Ваша светлость?

Подняв голову, герцогиня увидела, что Кавендиш наблюдает за ней, и поняла, что потеряла ход мыслей.

– Я… прошу прощения. Так о чем вы говорили?

Нахмурившись, он неуверенно подошел к ней и разжал ее пальцы, сжимавшие стебель с шипами.

– Ваша светлость, вы поранились, – заметил поверенный и вытащил из ее ладони два шипа, один из которых впился так глубоко, что даже выступила кровь, и пришлось воспользоваться носовым платком.

– Да ерунда, – пробормотала герцогиня.

– Ваша светлость, пора возвращаться. – Он положил в корзину единственную розу и бережно взял герцогиню под руку.

– Но мне не хочется уходить, – возразила она.

– Мадам, начинается дождь, – заметил Кавендиш, поворачивая к террасе.

Герцогиня только сейчас заметила следы капель на рукаве платья – еще одна земная неприятность, которая не заслуживает внимания.

– Пойдемте скорее, а то вы опять заболеете и доставите массу беспокойства и еще больше осложните жизнь Нелли, потому что ей придется еще ухаживать за вами.

– Да, вы правы. – Герцогиня резко остановилась посреди садовой дорожки и посмотрела на него в упор. – Я очень не люблю причинять кому бы то ни было беспокойство.

На следующий день на Беркли-сквер барон Киран Ротуэлл, избавившись наконец от парадных туфель, налил себе такое количество бренди, от которого тот, кто послабее, точно оказался бы под столом, плюхнулся на диван.

Нет, он не пьяница, но сейчас ему, черт побери, просто необходимо выпить. Ну что за отвратительный день – хотя его сестра, слава богу, так не думала.

День ее свадьбы. Ротуэлл надеялся, что он никогда не наступит, а если это все-таки случится, то под венец она пойдет с Гаретом Ллойдом – по расчету и по дружбе.

Но день свадьбы пришел. И мало того что Ротуэлл совершенно не знал этого маркиза Нэша, так еще и Гарету предстояло не только стать свидетелем этих событий, но и участвовать во всем этом.

Жених Ксантии тут же сообщил новость об изменении социального положения Гарета Ллойда с характерной для него холодной учтивостью и представил его всем свадебным гостям как близкого друга семьи, герцога Уорнема.