Красивая как ночь

Однако если ее настроение столь же переменчиво, как ваше…

– Как мое? – прищурился он, потом, к ее огромному удивлению, уголок его рта слегка дрогнул. – Очень хорошо! Ты, черт побери, может, и права. Я безумец! – Он провел рукой по волосам. – Но только не Ариана, и я не позволю относиться к ней как к безумной.

Устыдившись собственного сарказма, Хелен смягчила тон:

– Она, конечно, разумная девочка, милорд. И вообще термин безумие несколько устарел. Я много лет работала с врачами, а также с их пациентами и встретила не более полудюжины случаев, которые можно было бы охарактеризовать как безумие.

– Ты имеешь в виду медицинскую школу? – перебил он с сомнением в голосе. – Но ведь женщинам не разрешают изучать подобные вещи.

– Ну да, – признала Хелен. – Но если у человека есть хорошие друзья, можно иногда посещать больницы, незаметно присутствовать на лекциях.

– Хм! – такова была бесстрастная реакция Кэма. Он стал листать другую книгу, и в его глазах появилось любопытство.

– Трактат по применению психотерапии, – быстро перевела с немецкого Хелен, радуясь, что Кэмден Ратледж хотя бы не вышвырнул ее книги в окно, как сделал один из ее прежних хозяев. – А вот эта, – сказала она, с нетерпением указывая на третью книгу с загнутыми уголками страниц, – написана моим соотечественником, мсье Пинелем, директором больницы Bicкtre. Он считал кровопускание или клизмы неэффективными методами лечения умственных расстройств и отверг их.

Кэм поморщился, затем взглянул на нее, подняв густые брови.

– Должен признаться, мисс де Северз, вы меня поражаете. Как, скажите на милость, можно поставить диагноз умственного расстройства? Кстати, я начинаю опасаться, что последние два дня страдаю этой болезнью!

Хелен бросила на него вопросительный взгляд.

– Надеюсь, милорд, вы согласитесь, что термин «умственное расстройство» более предпочтителен, нежели «безумие».

– А разве не может человек страдать и тем и другим? – спросил он с мрачной улыбкой.

Борясь со смехом, Хелен попыталась не обращать внимания на его поддразнивание.

– Возможно, у Арианы умственное расстройство. Я не вправе это утверждать, поскольку я не врач. Но если она сообразительная…

Кэм захохотал.

– Как лиса, – ответил он, возвращаясь к своей обычной серьезности. – Это мнение дилетанта. А ученые мужи настаивают, что она глуповата. Тем не менее год назад я нанял ей первую гувернантку, пытаясь научить ее читать и считать.