Месть и любовь

И хуже всего, что ей придется звонить редактору новостного отдела и говорить, что ему придется отправлять другого корреспондента на встречу с председателем комитета по планированию.

Он будет вне себя от ярости. Она провела в Крэнбрук-Парке всю свою жизнь, и именно она должна была освещать происходящие в нем события.

– Вам не следовало использовать ее как гоночный трек…

О боже… Вот она лежит в грязи, придавленная велосипедом, с незнакомым мужчиной, обнимающим ее из-за нелепого стечения обстоятельств, и он уже читает лекцию по поводу безопасного поведения на дорогах.

– …к тому же вы даже не смотрели, куда едете.

– Возможно, вы не заметили. Но за мной гнался осел, – сказала она.

– О, я заметил.

Без сочувствия, но с явным удовлетворением.

– А сами-то вы? – спросила она. Хотя она его почти не видела, ей удалось заметить, что на мужчине был темно-зеленый комбинезон, и если она не ошибалась, в момент падения перед ее глазами промелькнули ноги, обутые в резиновые сапоги.

– И вы совершенно правы, – признался незнакомец, явно не испытывая ни малейшего угрызения совести. – Вы ушиблись?

Наконец-то!

– Просто пока вы не подвинетесь, я не смогу встать.

– Мне очень жаль, – сказала Клер с легким намеком на сарказм, – но после подобного падения двигаться нельзя. – Она писала статью о курсах по оказанию первой медицинской помощи для одного из женских журналов, поэтому неплохо в этом разбиралась.

– Вы шутите? Вы предлагаете лежать и ждать, пока мимо нас пройдет врач?

– У меня в сумке лежит телефон, – сказала Клер. Сумка слетела с нее в момент падения и теперь лежала слишком далеко для того, чтобы она могла сама до нее дотянуться. – Если можете достать его, наберите 911.

– У вас что-то болит? – Наконец она услышала в его тоне нечто отдаленно похожее на беспокойство. – Я не собираюсь вызывать скорую помощь из-за ушибленного эго.

– У меня может быть сотрясение, – заявила она. – И у вас тоже.

– Если вы получили его, вам некого винить, кроме себя. Велосипедный шлем должен находиться на вашей голове, а не в багажнике.

Естественно, он прав, но председатель комитета по планированию был мужчиной старой закалки. Любая журналистка, мечтающая написать статью, должна была быть безупречно воспитана и одета по случаю в юбку и туфли на высоких каблуках.