Обещанная невеста

В этом полутемном кабинете его лицо трудно было как следует разглядеть, а потому было неясно, какие чувства на нем отражаются. Все было совсем не так в тот день, когда она видела Кама в последний раз перед его отъездом.

Агнес тогда в отчаянии помчалась к набережной, чтобы сказать Каму о том, как сожалеет о случившемся, признаться, что умоляла своего дедушку передумать, но она опоздала. Когда фургон, на котором отбывали Кам с матерью, заезжал на паром, Агнес попыталась окликнуть их, но слова застряли в ее горле, едва она разглядела гнев во взгляде Кама.

Поэтому Агнес просто осталась стоять на пристани – беспомощная, утратившая надежду, разбитая горем настолько, что даже не имела сил заплакать.

Кам научился скрывать свои чувства, но он, без сомнения, ничего не забыл.

Напомнив себе, что она – управляющая отелем, в котором Кам – постоялец, Агнес вздохнула и заставила себя широко улыбнуться.

– Что ж, я рада тебя видеть после стольких лет. Надеюсь, тебе понравится пребывание в нашем отеле.

– Уверен, что да.

В его ответе прозвучала убежденность, подкрепившая предположение Агнес о том, что Кама привел в Придди-Касл не мимолетный каприз.

– Воду дадут к вечеру, – пообещала она, до конца не уверенная в том, что так и будет. – Сюзанна уже, наверное, вернулась на ресепшен. Не желаешь выпить кофе? Или чаю? Может, подать бутерброды? – добавила Агнес, не дождавшись ответа от Кама.

– С беконом? – переспросил он, его рот скривился в пародии на улыбку, и Агнес невольно вспомнилось, как когда-то она, стащив во время завтрака немного бекона со стола, приносила Каму бутерброды.

Агнес опешила: неужели Кам хочет с ней пообедать? Нет, вряд ли. Даже не стоит на это надеяться.

– Джимми – гораздо больше, чем инженер-теплотехник. Он – заклинатель нагревательных котлов, и я просила его отказаться ради меня от обеденного перерыва. – Очевидно, Кам слышал каждое слово, так что не было смысла притворяться.

– Агнес, я заплачу за свой обед, но зарезервирую столик на двоих в ресторане в оранжерее, и там скажу тебе, о чем я знаю.

В его голосе не прозвучало ни радости, ни тепла. Вряд ли это будет уютный обед со старым другом. Впрочем, с Камом никогда не было легко.

Он был сорвиголовой. Агнес с первого взгляда влюбилась в него до обожания. В возрасте трех лет она могла лишь наблюдать за тем, как Кам лазил по деревьям.