Планета незаходящего Солнца

– А ты уверен! – что это ей понравится? Вдруг она тебя не поймёт! – ведь это чувство только твоё?

С этим новым ощущением, и запретными мыслями, Серёжа бежал вслед за Женей по дорожкам разгона.

Борьба, происходящая в душе, вызывала чувства, которых раньше он не знал. Было интересно и страшно одновременно. Появился страх! Страх нечаянно обидеть. Обидеть не только словом, но и взглядом.

Теперь, он удивлялся тому, как это он мог смотреть на неё и не чувствовать страха.

На третьем уровне они постояли у прозрачной стены, полюбовались красавицей Землей, с космической высоты.

– Смотри, это, наверное, мама наших знакомых.

Серёжа засмеялся и спросил.

– Почему ты решила, что это мама? А может это их папа, собственной персоной!?

– Не знаю, может и папа, разницы нет! – просто сразу видно, что это их родственник,      – ответила Женя.

Поднявшись на четвертый уровень, наконец-то они увидели людей. Группами и по одиночке, люди двигались на последней дорожке. Некоторые стояли около прозрачной стены орбитального кольца.

Находясь на начальной дорожке, было видно разницу в скорости. Люди неслись как на скоростном экспрессе.

– Серёж, давай подгадаем так, чтобы выйти к конечной дорожке там, где больше народу, что-то я уже соскучилась по людям, пока поднимаемся.

– Тогда нам надо спешить, видишь вдалеке большая группа, – ответил Серёжа.

Перед ними распахнулся бескрайний космос. Казалось, можно сделать шаг – и полетишь в пустоте.

Кольцо висело над землей, на таком расстоянии, где атмосфера была настолько разряжена, что хорошо было видно её, эту грань, – черту, где голубое окаймление земного шара, переходило в космическую черноту, в которой, даже в эти дневные часы, было видно, яркие, не мигающие, как будто замерло над ними время, звезды.

Внизу, окутанный голубой лентой, медленно вращался большой глобус, на котором хорошо просматривался континент, а за ним начинался бескрайний океан.

Орбитальное кольцо проходит по экватору, потому под ним больше водных просторов, чем суши.

Многие из присутствующих к прозрачной стене не подходили близко, любовались издалека, а стоять на краю дорожки, никто не решался вовсе.