Токей Ито

Однако тот по своей привычке потребовал, чтобы сначала свое мнение высказал воин:

– Как по-твоему, что нас ждет и что нам делать?

– Сын Антилопы совершил ошибку. Ему надо было убить Роуча, этого трусливого койота. А он не убил его. Мы, Братья Вороны, тоже совершили серьезную ошибку. Нам надо было поймать Томаса и Тео. Но мы их не поймали. Они еще прочесывают прерию и рано или поздно явятся на помощь девушке, стоящей там на холме. Значит, нам будет нетрудно застрелить Томаса, Тео и девушку. Но Роуч добрался до форта и, наверное, уже доложил Длинному Ножу Смиту, что произошло.

Не могу понять, почему Смит и его люди не трогаются с места и почему против нас снова не высылают разведчика Тобиаса. Он прискакал в форт и больше не выезжал оттуда.

– Наверное, Роуч сообщил обо всем Смиту очень путано и противоречиво, чтобы не признаться в своей трусости, – предположил вождь. – Вероятно, Смит не догадывается, что в нашем отряде всего двадцать четыре человека; после рапорта Роуча он решит, что дакота не менее двух-трех сотен, и придет в ужас.

Вот потому-то он и не торопится покидать стены форта. Но в конце концов ему придется совершить вылазку за пределы крепости, чтобы напасть на нас и попытаться отнять у нас добычу. Что ты на это скажешь, Ворон?

– Отправляйся к нашим людям, вождь, зато пошли нам сюда Сына Антилопы. И он, и мы, Братья Вороны, совершили ошибки и должны исправить их сами. Мы убьем Томаса, Тео и девушку и вместе с Ихасапой станем кружить вокруг форта, своими стрелами не давая покоя Смиту и его людям и задерживая их вылазку.

– Я другого мнения. Ты и твой брат ранены тяжелее, чем я. Вы вернетесь к нашим воинам, иначе совсем лишитесь сил. Смита и форт я возьму на себя.

– Но в форте от пятидесяти до шестидесяти Длинных Ножей и у каждого винтовка или ружье!

– Зато я дакота.

Произнося эти слова, вождь вспомнил своего отца, из уст которого некогда слышал столь же гордый ответ.

– Ты приказываешь нам сделать, как ты сказал?

– Да, приказываю.

Ворон более не спорил. Хотя ему и нелегко было оставить своего вождя в одиночестве, он молча и быстро соскользнул по склону холма и передал весть своему младшему брату. Братья Вороны вскочили на мустангов, недовольные собой; они гадали, что предпримет вождь, чтобы обеспечить своему отряду отступление без потерь с захваченными патронами.

Буланый остался непривязанным. Все знали, что он никогда не убегает от хозяина.