Метро 2033: Джульетта без имени

– Интересно, чего такого этот парень напихал в карманы? – вслух подумал Восток, продолжая на ощупь изучать лежащего крысюка. – На противогазный фильтр не похоже – нет у него противогаза, на оружие тоже… Может, бронежилет? Да нет, слишком мягкий, тоже не то. Что же это такое?..

И вдруг до сталкера дошло!

– Бог мой! – пробормотал он, чувствуя под противогазом, как краска приливает к лицу. – Да это же… Да… вот видели бы парни со станции, как я тут… Померли бы со смеху!

Ситуация и правда складывалась довольно двусмысленная, если не сказать пикантная.

То, что сталкер принял за часть одежды или принадлежность снаряжения, оказалось в буквальном смысле принадлежностью самого крысюка. Точнее – крысюхи.

– А может быть, крысихи? – продолжил по привычке рассуждать сам с собой Восток. – Или крысяры? Кто их знает, как они у себя женский пол называют?

Он бы еще поразмышлял какое-то время над сложной этимологией терминов, указывающих на гендерную принадлежность homo-rattus sapiens, если бы лежащая под ним представительница этих самых homo-rattus не пришла в этот момент в себя.

Причем, реакция ее, как машинально отметил про себя сталкер, в этот момент оказалась вполне типичной для представительницы прекрасной половины любых sapiens – хоть homo, хоть rattus, – вдруг обнаружившей, что на ней лежит некий совершенно незнакомый мужик и самым бесцеремонным образом изучает на ощупь ее грудь!

– И долго ты еще собираешься меня лапать?! – прошипела она, уставившись ему в лицо сердитыми, сплошь черными, без белков, глазами.

Такого, что ни говори, естественного вопроса, заданного при, мягко говоря, несколько неестественных обстоятельствах, Восток ожидал менее всего.

– Так ты… ты что… ЖЕНЩИНА?!.. – невпопад брякнул он, все еще занятый своим открытием и совершенно забыв, что рука его по-прежнему лежит на округлом мягком холмике под застиранным свитером.

Крыся сперва недоуменно воззрилась на нахала, потом возмущенно – на его руку, а потом ответила, со всей ядовитостью, на которую была в тот момент способна (а способна она была в такие вот критические моменты на о-очень многое!):

– Нет, блин!!! Мужик!!! Двухметровый амбал в перьях! Оцеола – вождь семинолов!.

.

Она возмущенно задергалась, пытаясь выползти из-под него, а потом нетерпеливо и довольно скандально взвыла:

– Да слезь же ты с меня, наконец, чудовище!!! И лапы свои убери!.. Разлегся тут… Совсем мужики охамели!..

– Ой!.. – спохватился Восток.