Литерсум. Поцелуй музы

На его губах играла улыбка, от которой светились серо-голубые глаза.

Я передала инспектору Адамсу коробку с пиццей. Лэнсбери спустился вниз, держа в руке деньги. Он без всякого стеснения пялился на принт моего худи и хмурил брови. Конечно, миньоны из «Гадкий я» не считались трендом, но неужели было необходимо так явно показывать свое отвращение? Я тоже могла сказать, что черная рубашка, очевидно, на размер мала ему, раз так натягивается на мышцах. Выбор одежды – личное дело каждого. Но ворчуны, насколько я знала, всегда найдут повод для нытья.

Внезапно я твердо для себя решила, ни за что не прикасаться к нему. Иначе его плохое настроение перекинется на меня, а в такой отвратительный день мне этого крайне не хотелось. Я сделала шаг назад и подняла руки.

– А знаете, что? Пицца будет за счет заведения, – сказала я инспектору Адамсу и засунула руки в карманы. – Только поделитесь с коллегой, возможно, тогда у него улучшится настроение.

Инспектор ухмыльнулся.

– Спасибо. Хорошая идея. – Да, он мне понравился.

Лэнсбери сжал губы, убирая деньги обратно в карман, и остановился на предпоследней ступеньке. Он выпрямился в полный рост, наверняка, чтобы казаться более устрашающим, но ему это не удалось. Я не воспринимала всерьез людей с постоянно плохим настроением. И прежде всего, когда они так хорохорились. Возможно, ему захотелось показать, что он так молод, а уже служит в уголовном розыске. Заслужить звание сержанта, кем он и являлся, было, как правило, долгим процессом, требующим усилий, и многие достигали его в лучшем случае к тридцати годам.

Я сверкнула на него глазами так же зло, как он на меня. Пусть думает, обо мне что хочет. Он почти незаметно покачал головой, развернулся, не сказав ни слова, и стал подниматься наверх. Темные волосы покачивались в такт шагам.

– Спасибо, вам тоже хорошего вечера, – крикнула я ему вслед и сморщилась.

– Не обижайтесь на него, – заметил инспектор Адамс, который как раз потянулся к пицце. – Он сперва должен привыкнуть к таким картинам, как там внутри. Я-то уже привык. Еще раз большое спасибо за пиццу.

Он помахал мне коробкой и вернулся обратно в квартиру. Упс. Он, действительно, понес еду на место преступления. Как это, должно быть, мерзко! Мой желудок взбунтовался от одной только мысли об этом.