Очень наглая ведьма

Ну, почти убедила, потому как зачем садиться на диету и без того находящейся на грани дистрофии магичке, ума не приложу.

Правда, работать дальше без подзарядки тоже не вариант, поэтому я, скрепя сердце, откупорила эликсир жизненных сил и сделала большой глоток. По венам потекло тепло, и усталость от бессонной трудовой ночи отступила. Ну, продолжим!

Закончила я только к полудню. Князь довольно жизнерадостно сопел на столе, время от времени пытаясь почесать какой-нибудь укус, но я озаботилась, чтобы кожаные заговоренные ремешки, привязанные к запястьям, исключили эту возможность.

Не хватало еще, чтобы он стер мазь и занес заражение.

Скинув на стул рабочую мантию, заляпанную кровью, ядом и успокаивающей мазью, я потерла глаза и зевнула. Так, сейчас поесть и лечь спать, желательно до следующего утра. Эликсир жизненных сил задействовал скрытые резервы организма, но цена за это соответствующая. Надеюсь, регенерация у князя не настолько сверхчеловеческая, чтобы очнуться раньше, чем через пару суток.

Я бросила последний взгляд на рыжеволосого красавца и, с завистью качнув головой, покинула кабинет.

К моему удивлению, мужичок, слуга князя, сидел на кухне за накрытым столом и преданно ждал новостей.

При моем появлении он подскочил со своего места и уставился на меня взглядом несчастной собаки, переживающей за хозяина:

– Госпожа магичка, как он?

Я вздохнула. Вчера ведь ясно приказала не выходить из комнаты, но меня не только не послушались, так еще и нагло похозяйничали на моей кухне. Что за народ, никакого уважения к пожеланиям магички.

В отместку за нарушенные правила я молча уселась за стол и принялась сметать все, до чего могла дотянуться. Завтрак, вернее, уже обед показался мне самым вкусным, что я ела в своей жизни. Теперь понятно, зачем князю этот диковатый мужичок – готовит он отменно.

Наевшись и запив все двухлитровым кувшином вина (что поделать, надо восстанавливать истраченные эликсиром резервы), я блаженно расплылась на стуле и соизволила, наконец, обратить свое сиятельное внимание на замершего в почтительном напряжении мужика.

Господин его, видимо, хорошо выдрессировал – за всю мою трапезу он не посмел задать ни одного вопроса или выказать хотя бы признак недовольства. Так и быть, побуду добренькой, он заслужил.

– Жив твой господин, – милостиво сообщила я. Мужичок просиял. – Проспит пару суток, потом еще с недельку будет от проблем с желудком страдать и в неожиданные истерики впадать, но в остальном все с ним будет хорошо.