В чёрном-чёрном лесу

Когда за ним приехала карета скорой помощи, мне даже стало жаль его. Ведь в периоды трезвости он был хорошим отцом – много времени проводил со мной, учил меня рыбачить и работать руками, а однажды подарил мне красивую железную дорогу. Я очень любил играть с ней. Часами я прокладывал новые пути для моего поезда, забывая обо всем на свете. Но эти периоды трезвости случались все реже и реже, и мои родители развелись.

Мама тяжело переживала разрыв. И, чтобы поскорее забыть все эти ужасы, она сменила место работы. Новое место было ближе к дому родственников, у которых меня оставляли, когда она уходила на смену.

Чаще всего я оставался у бабушки. Холодная и суровая женщина. Когда она говорила со мной, то по коже бегали мурашки. Вся её забота заключалась только в том, чтобы накормить меня пару раз в день. Развлечения я придумывал себе сам.

Одна из моих любимых игр называлась «смотритель». Я делал домик из простыней, забирался внутрь и представлял, что я на маяке, в котором живёт призрак. Свет от ночника создавал причудливые тени на стенах моего домика, погружая меня все больше и больше в мой воображаемый мир.

Когда меня отправляли спать, я брал с собой паровозик и представлял, как он увозит меня в мир снов.

В те времена я не страдал бессонницей…

Глава 3. Блуждающий в темноте

Я стоял посреди улицы в незнакомом городе в полной растерянности. Хорошо, что с собой был кошелёк и мобильный.

– Точно! Мобильный – я достал его из кармана, но сети не было. Такое часто бывает на окраине города.

При наборе номера 112 в трубке была тишина.

– Надо вернуться на вокзал. Взять билет на следующий поезд.

Я прикинул с какой стороны мы шли сюда, и пошёл туда, в надежде, что выйду к вокзалу. Улица петляла. По обеим сторонам стояли абсолютно одинаковые дома. Мне всегда нравилось, когда дома были оформлены в одном стиле, но сейчас это вызывало ощущение, что я стою на одном месте или наоборот, хожу по кругу.

– Эта улица гребаная ловушка!!! – не выдержал я этого путешествия по замкнутому кругу, и заорал во всю мощь, не боясь, что разбужу жителей.

От моего вопля птицы сорвались с веток и разлетелись в испуге по разным сторонам. Странно, но ни в одном доме от моего крика никто не проснулся. Окна все так же зияли чёрными квадратами на светлых стенах домов.

– Не я понимаю, что ночь, но то, что кроме птиц здесь никого из живых я больше не видел, начинает меня напрягать.

Нервная дрожь то и дело пробивала моё тело. Чтобы сбить напряжение я тряхнул головой.