У ангелов нет крыльев

Что-то в его внешности было не так, как обычно.

Экран мобильного ожил.

"Номер неизвестен"

* * *

Я смотрела на надпись и меня переполнял ужас.

– Катя, ответь. Может что-то важное.

Брать трубку совершенно не хотелось. Я посмотрела на Сашу. Что же с ним не так?

Тем временем было уже 3 пропущенных вызова. На четвёртый я все же решила ответить.

– Алло.

– Екатерина Андреевна? – смутно знакомый мужской голос назвал меня по имени-отчеству.

– Возможно.

– Что значит возможно?

– Это значит, что если вы звоните из какого-либо банка, то мне не интересны ваши предложения.

– Не узнала, да? – в трубке раздался смех.

– Нет, а должна?

– Миша это.

– Какой Миша? – меня всегда раздражали эти игры в угадайку.

– Корнилов.

* * *

Внутри меня похолодело. И я просто взорвалась от злости.

– Не знаю кто вы, но это идиотская шутка.

– Кать, это не шутка. У нас мало времени. Просто послушай меня.

* * *

Я не смогла сделать вдох. Впрочем, и выдох тоже. Я забыла, как дышать… Потому что узнала. Голос действительно принадлежал тому, кем он представился. Но это было невозможно.

– Ты умер больше пяти лет назад – едва слышно прошептала я. Воспоминания, которые я так старательно прятала как можно глубже, нахлынули. Мне стало невыносимо больно. Настолько, что организм не смог справиться, и чтобы я не потеряла рассудок, полностью отключил все чувства и эмоции.

– И какие выводы ты можешь сделать из имеющейся у тебя информации? – голос с той стороны стал серьёзным.

– Навскидку у меня три варианта. Первый: это очень жестокий прикол. Технологии сейчас способны воссоздать хоть чей голос, были бы исходники. Второй: это действительно ты. Ты умер, но получил возможность позвонить с того света, чтобы сказать, как сильно меня ненавидишь.

– Мне не за что тебя ненавидеть, Катя – голос звучал мягко.

– Да ладно. Мы же оба знаем, что я натворила – мой голос дрогнул.

– Не неси чушь. То, за что ты себя винишь на самом деле пустышка. Излагай последний.

– Третий: я сейчас очень близка к смерти. Либо кома, либо клиническая смерть. И всё это плод фантазии моего погибающего мозга.

– И какой считаешь верным?

* * *

Мне не хотелось отвечать.