Бесследно исчезнувшая

– Могу я сесть здесь?

Он поставил свой рюкзак на место Берит.

– Само собой, – сказала Анника. – Добро пожаловать в цитадель свободы слова нового дня.

Вальтер Веннергрен бросил на письменный стол последний номер отмирающей бумажной версии газеты, снял куртку и, положив ее рядом, сел.

– Чем ты будешь заниматься сегодня? – спросил он с любопытством.

– Лербергами, – ответила Анника. – Мы должны не спускать глаз с Ингемара, совершенно независимо от того, очнется он или умрет, это одно дело. А второе – его жена сейчас в розыске.

«ГДЕ НОРА?» Ну, ты понимаешь… Если кто-то обнародует фотографии детей, мы изменим заголовок на «ГДЕ МАМА?». Или еще лучше: «МАМА, ГДЕ ТЫ?»

Анника протянула ему снимок Норы, который распространила полиция, портретного типа из фамильного альбома, дополненный описанием. Нора Мария Андерссон Лерберг, двадцать семь лет, рост сто шестьдесят восемь сантиметров, длинные волосы пепельного цвета, серо-голубые глаза, нормальное телосложение, вес примерно шестьдесят пять килограммов.

Вероятно, носит крест на шее, а также обручальное кольцо, без камня, из золота 750-й пробы. Одежда на момент исчезновения не известна. Кожа чистая, использует макияж. Принимает левотироксин из-за проблем со щитовидной железой. Не использует больше никаких других лекарств и не имеет аллергии.

– С удовольствием ее вывешу. – Практикант взял фотографию и быстро пробежал по ней взглядом. – Я хотел бы только сначала кое о чем спросить.

Анника вошла в «Фейсбук».

– Конечно, – кивнула она.

В самом верху на новостной ленте сообщалось, что ее коллега Хеландер позавтракал с секретным источником в «Шератоне». (Если имя информатора действительно требовалось сохранить в тайне, зачем понадобилось писать, где и когда он встретился с ним?)

Вальтер Веннергрен снова взял газету и принялся листать.

– Вот, на странице тринадцать.

Анника оторвала взгляд от экрана и посмотрела на парня.

– Речь идет о Густаве Холмеруде, – пояснил Вальтер.

Она отодвинула в сторону компьютер и подвинула к себе экземпляр газеты.

Честно говоря, теперь по утрам она даже не удосуживалась перелистать ее.

– Что тебя заинтересовало? – спросила она и открыла нужный разворот.

На двенадцатой странице помещалась реклама лотереи нового типа. А на тринадцатой доминировали две фотографии. На одной был запечатлен улыбающийся мужчина, одетый в бумажный колпачок и слюнявчик, а на другой – молодая женщина в студенческой шапке.

«Я УБИЛ ЖОЗЕФИНУ», – гласил заголовок.