Черный чемоданчик Егора Лисицы

Его все время окликали из стоящей рядом пролетки, как будто компания в ней так же нетерпеливо перебирала ногами, как запряженные лошади, но Захидов только отмахивался. Он был рад меня видеть.

Армянин Алексан Захидов – бывший мой однокашник, с которым – единственным из всех! – я продолжал часто встречаться после ухода с кафедры медицины. В то время, когда обсуждалась история с моим исключением, он был за границей, кажется в Италии, да и в любом случае, думаю, ему она была безразлична. Сын известного в городе коммерсанта, Захидов сначала увлекался модной психологией, потом немного медициной.

Бывал он на занятиях редко, приятельствовал со всеми и ни с кем. Однако продолжил поддерживать со мной немного странную дружбу. Он же познакомил меня с Юлией Николаевной, и после этого я уже не мог с ним рассориться.

– Егор Андреевич, до чего же рад тебя видеть! Может, с нами на этот раз? В «Балканы»? – Свое приглашение поужинать Захидов делал настойчиво, но за свой счет я кутить не мог и потому вынужден был отказывать.

Он, впрочем, никогда не обижался.

– Тогда вечером у нас? Юлия будет рада.

Соглашаясь, я убеждал себя, что должен пойти туда только потому, что это отличный повод встретить там ЛК или (фантастическая идея!) выборного атамана – человека в городе пришлого, без предубеждения ко мне. Застать кого-то из них там и еще раз постараться убедить в важности моего присутствия при исследовании тела телеграфиста. То есть пойти к Захидовым нужно только по этой причине, а вовсе не из-за его последних слов.

Врал я себе отчаянно.

Под четкий, звучащий в холодном воздухе как кастаньеты стук копыт отъезжающей пролетки мы с Курнатовским повернули за угол, к Садовой. Здесь все еще регулярно зажигали фонари по вечерам.

– Этот ваш говорливый приятель… У него есть дела, знакомства в банке? Я сегодня видел его там. – Курнатовский подробно пересказал мне суть беседы с временным, как все сейчас, управляющим банка и то, что удалось узнать о перемещениях клише. Но итог был неутешительным.

Говорили с полицией неохотно. Не удалось даже добиться точного ответа на вопрос, когда перевезли клише и кто именно мог знать об этом.

– Не расспросите его? – продолжал Курнатовский, имея в виду Захидова. – С вами он будет откровеннее, расскажет, если что-то знает.

– Захидов? Откуда? Хотя знакомства у него сейчас самые пестрые.

– Вы же с ним на бильярде играете, в «Балканах». Там публика самая разная. И я знаю, что он бывает и на Восточной.