Просчёт Финикийцев

Потому что прочим представителям человечества от института брака нет никакой пользы.

Кого же напоминала ее улыбка? Ироничная такая, на пол-лица. То ли ухмылка Брюса Виллиса времен «Криминального чтива», то ли улыбка Мона Лизы.

– Я Карла, – сказала она.

– А я Энди.

К дьяволу Джея Коэна с его рыжими многоходовками. Я не собираюсь посылать пакет ложной информации в эти черные бархатные глаза. Хочу подбирать к ней только правильные пароли.

– Ты со стороны невесты?

– Не совсем. Долго объяснять.

Она затушила сигарету о кипричную кладку. Руки у нее были сильные, с крепкими пальцами и темным лаком на коротко обстриженных ногтях. Такими руками бьют по морде или собирают автомат, но никак не красят ресницы. Колец она не носила.

– Ты замужем? – спросил я, удивляясь собственной наглости.

– Сколько тебе лет, мальчик?

– Двести девяносто девять.

– А выглядишь на пятнадцать.

– У нас в семейном склепе низкая влажность и правильная температура, поэтому я неплохо сохранился.

– Смешно, – сказала она, – кстати, у меня есть идея.

– Согласен.

– С чем?

– Согласен заранее на любую из твоих идей.

Карла подошла к жемчужно-розовой спортивной Мазде с открытым верхом и бросила мне ключи. Я не поймал их на лету, пришлось наклониться и шарить под колесом. Неужели она собирается посадить меня за руль этой самопередвигающейся горы бабла?

Машина взревела пантерой, едва я коснулся педали. Она держалась на дороге, как влитая, плавно покачиваясь на колдобинах, обнимая мою непривыкшую к роскоши задницу упругим сиденьем, обтянутым кожей жемчужно-серого оттенка.

– Почему ты посадила меня за руль? – спросил я на светофоре, перекрикивая шум ветра и песню, мягко урчащую из колонок.

– Не люблю машины, – бросила Карла, – а машины не любят меня.

Сзади посигналили фарами. Я вдавил газ, разогнался до шестидесяти за пару секунд и представил себя героем лихого фильма о дорожных приключениях парочки, которую объявили в розыск в пятидесяти штатах.

– В конце улицы сверни влево, – сказала Карла, – там есть тропинка, ведущая на утес.

Глава 5

– Так сколько на самом деле? – спросила Карла, когда мы взбирались по склону, поросшему высокой жухлой травой. По дороге она успела переобуться в кроссовки, и мне было непросто угнаться за ней в костюме и скользких ботинках для торжеств.

– Восемнадцать. Будет. В декабре.

– Чем ты в жизни занимаешься?

– Я бездельник.